– Разве не я оплатила тур? – в ответ монотонно спросила я, и началось: услышала много «лестных» эпитетов в свой адрес, пожеланий, угроз. А следом мне зачем-то предъявили полное описание всех самых выдающихся качеств «бомбической цыпы», что заменила меня, недалекую. С легкой душой нажала кнопку отбоя. Сама не понимала: как я могла встречаться с этим узколобым ослом?
Отлежавшись неделю, я начала понемногу отходить.
За окном по-прежнему были холода, выходить на улицу не было ни малейшего желания. Вот я и влачила жалкое существование, передвигаясь от постели к ванной, от ванной к холодильнику, от холодильника снова в постель. Если бы не современные сервисы доставки на дом, я бы, наверное, умерла с голода.
И мне нравилось валять дурака.
Потому что самочувствие у меня была хуже некуда: постоянно мутило, голова кружилась, слабость в теле не проходила. Я ощущала себя развалиной. Старой дряхлой развалюхой.
Тем не менее я не оставляла ежедневных попыток пройти через зеркало, скрутить силовой поток, зажечь крохотную свечу. Я же почти гребаный фейри, в конце-то концов!
Изо дня в день я всматривалась в пространство вокруг, силясь увидеть силовые нити.
Но ничего не выходило. Словно, не было у меня никогда магии. От слова «совсем».
После череды неудач я злилась, потом ревела, но, успокоившись, собиралась и начинала все сначала.
И снова минула неделя.
В этот день я проснулась с четким осознанием того, что дальше так продолжаться не может.
Я была зла. На себя, на свой мир, на Данте, на зеркало. На зеркало почему-то больше всех.
Я вспылила и сорвала массивную раму с петель. В порыве гнева не удержалась и опрокинула дорогой подарок на пол.
Раздался удар, звон бьющегося стекла. Зеркальные осколки быстро разлетелись по всему коридору усыпав пол, словно сотни кристаллов.
Я пошатнулась и упала на колени, а гнев моментально схлынул. До меня вдруг дошло, что скорее всего я больше не увижу его – мужчину моей мечты. Того, кто столько сделал ради глупой дерзкой попаданки, отказался от всего и изменил себя. Кого я полюбила всей душой.
– Данте, – тихо прошептала я, роняя крупные слезы на зеркальные осколки. – Данте!
Сотни моих миниатюрных отражений разделяли горе со мной, я была раздавлена, окончательно и бесповоротно. Глупая маленькая фейри, наконец, поверила, что осталась совершенно одна.
Но потом произошло то, чего я никак не могла представить.
Сначала у моих отражений потемнели волосы, потом глаза стали голубыми, а подбородок и скулы – острыми.
Неверяще я коснулась отражения в крупном осколке. Кончиками пальцев, словно ожидая, что изображение тут же исчезнет.
Но вместо этого почувствовала вязкую субстанцию, мгновенно прилипшую к пальцам. А потом и вовсе провалилась. Ухнула вниз, словно упала в колодец.
Впрочем, падение было мягким и удивительно приятным.
– Ева, Ева, моя маленькая храбрая девочка, – прошептал Данте, распластанный подо мной. Мужчина крепко меня обнял и нежно поцеловал в лоб. А потом он покрыл поцелуями мое лицо, шею, волосы. Наверное, мы бы прямо на полу предались любовным утехам, вот только раздалось деликатное покашливание.
– Гроххам скормлю, – проворчал Данте, явно не желавший остановиться.
Я приподняла голову и осмотрелась: огромное помещение и сотня народу вокруг, алтарь и странные символы, а еще море крови.
Присутствующие деликатно молчали, а у меня вдруг похолодело внутри:
– Ты кого убил, дуралей? – тихо спросила я Данте и интуитивно вжала голову в шею, ожидая услышать ужасную правду. Эльф состроил грустную физиономию и показательно всхлипнул:
– Пришлось принести в жертву одного храброго эльфа. Но ты не думай, он добровольно, правда, – прошептал он мне на ухо. Серьезное выражение, казалось, приклеилось к идеальному эльфийскому лицу. – Бедняга почти два месяца истекал кровью на этом самом алтаре, взывая к магии крови и отдавая собственные силы ради тонкой нити, идущей от его сердца.
У меня округлились глаза: