Мне даже как-то неловко стало, обида накатила новой волной. Любой тактичный человек, конечно, ушел бы, оставив парочку наедине. Но я же не такая, правда? Вместо того чтобы покинуть танцевальный зал, я лишь медленно отошла назад и шагнула за тяжелую бархатную гардину, намереваясь проследить за развитием событий. Вот только чуть не выпрыгнула обратно.
Место слежения оказалось занято: на меня просяще уставились два девичьих глаза медового цвета.
Сперва я нахмурилась, а после, увидав жалобное выражение лица и сложенные в молящем жесте руки, оттаяла.
– Подвинься, – шепотом шикнула я черноволосой горничной. То, что она горничная, я догадалась по накрахмаленному передничку, белому открытому чепчику и метелке в руках. Она лишь коротко кивнула, сделав большие глаза, и подвинулись.
А Ралион с дамой все танцевали. И столько в их танце было страсти, что казалось, еще движение, и они сбросят одежду. Мелодия звучала прямо из пола, будто он был огромным клавесином, с каждым шагом, движением то ускорялась, то замедлялась, вторя паре.
Я бы сгрызла себе все ногти от негодования, если бы не избавилась от этой пагубной привычки. Словом, Ралион меня волновал. Но еще больше меня волновала черноволосая девушка. Я чувствовала себя бледной тенью на фоне этой экзотичной яркой пантеры, а слегка раскосые глаза делали ее похожей именно на кошку.
– Благодарю, дорогой! – низким грудным голосом сказала брюнетка и страстно припала к его губам. Ралион страстно ответил ей, заключив в крепкие и очень пикантные объятия.
– Это я благодарен, Кристабель, – ответил мужчина, опустился на одно колено и поцеловал раскрытую ладонь своей партнёрши.
Затем он странно так принюхался и изменившимся строгим тоном приказал:
– Выходите сейчас же, и потрудитесь объяснить, что вы тут забыли.
Моя напарница по укрытию тут же стремглав выскочила из-за гардины и испуганно бухнулась на колени:
– Простите, княже, не успела я уйти! – рыдала девица, вытирая нос белым платочком и не смея даже поднять глаза. – Не вели казнить, вели выпороть, прошу. Прошу.
Ралион медленно поднялся на ноги и придержал за руку Кристабель, поглаживая большим пальцем ее ладонь. Кристабель брезгливо фыркнула, сморщила нос и собиралась уйти, но после нежного жеста Ралиона осталась.
– Валентина, поднимись, – холодно приказал мужчина, и горничная повиновалась. – Сколько раз я говорил: я не мой отец, не стоит так бояться!
– Простите, княже, – снова всхлипнула девица. Она вновь порывалась упассть на колени, но сдержалась.
Я же выглядывала из-за гардины, стараясь разведать обстановку и сделать выводы.
В какой-то момент мой взгляд встретился с черными, как ночь, такими же, как у Ралиона, глазами девицы. Во взгляде Кристабель сквозило отвращение, сразу же захотелось показать ей неприличный жест, но, я сдержалась. Я ведь в гостях, лучше не портить отношения с хозяевами, по крайней мере, сейчас. А Кристабель выглядела именно хозяйкой.
– Ева, выходи. И потрудись объяснить, что ты тут делаешь. – На сей раз Ралион обратился ко мне. Как неприятно изменился его тон!
Расправив плечи и нацепив на лицо такую же брезгливую маску, я гордо вышла из укрытия и медленно прошла в центр зала.
Кристабель демонстративно принюхалась, затем округлила глаза и с ненавистью уставилась на меня.
– Ты... да как ты смеешь! – взревела девушка, потом повернулась к Ралиону и влепила ему хлесткую пощечину. – Так ты готовишься к нашей свадьбе?!
– Криста, – примирительно сказал мужчина и взял девушку за обе руки, в попытке защититься от её вмиг отросших острых когтей. – Все не так, как ты подумала.
– А как же еще, когда на ней твой запах?! – зашипела девица, попутно брыкаясь. На этот раз она мне напоминала не пантеру, а самую настоящую змею, гадюку подколодную. – И одежда тоже твоя!
– Криста, сердце мое. – Ралион обнял брюнетку, сжал в объятиях, развернул спиной ко мне, – Ева всего лишь новая экономка, вместо оплаты я окажу ей одну маленькую услугу. К сожалению, огонь уничтожил всю ее одежду, а слуги еще боятся меня; пришлось одолжить что-то свое. В самом деле, не ходить же ей голой. Или тебе бы больше понравилось, если бы она была обнажена?