– Ах, Ралион, любовь моя! – тихо ответила вмиг успокоившаяся девушка и выпуталась из объятий. – Прости, я погорячилась.
– Ты же знаешь, наш союз слишком важен для меня, – примирительно шепнул Ралион и нежно поцеловал её в лоб.
Я уж думала прокашляться, чтобы о моем присутствии вспомнили, но едва я открыла рот, Валентина дернула меня за штанину и дала знак молчать. Я решила послушаться, чтобы понаблюдать, что будет дальше.
А дальше парочка целовалась пару минут, обнималась – мирилась, в общем.
– Рада знакомству, Ева! – поприветствовала меня Кристабель, когда наконец примирение было достигнуто.
– Я тоже, Кристабель, – ответила я и радушно улыбнулась. Вот только с глазах девушки вновь вспыхнул гнев, изредка сменяясь брезгливостью.
– Для тебя я – госпожа, так и обращайся, – процедила сквозь зубы Криста, при этом ласково улыбаясь.
Да, я заноза, брюзга и язва. Да, целомудренной меня назвать нельзя. Однако я никогда не терпела откровенного хамства и непомерно напыщенных людей (в данном случае – нелюдей).
До последней фразы Кристабель я хотела смолчать и откланяться, чтобы спокойно выполнять условия договоренности, но одна слишком грубая девица вывела меня из себя. Я словно насквозь ее видела: еще одна Анали, только в подарочной упаковке. От девушки веяло ложью и лицемерием, и я не могла понять ее мотивов. Пока не могла понять, но я ведь обязательно разузнаю – слишком уж взыграло во мне желание докопаться до сути.
Я уж молчу о Ралионе, который так демонстративно вел себя при подружке. Распушил павлиний хвост! Сразу захотелось ободрать этот хвост.
Я и так барышня без тормозов, а тут еще сопутствующие факторы в виде пары голубков.
В общем, «Остапа понесло».
– Ралион, дорогой, – ласково позвала я мужчину, у которого от моих слов и интонации отвисла челюсть и округлились глаза. Я сделала пару ленивых шагов к парочке и, подмигнув опешившей и покрасневший Кристабель, продолжила:
– Напомни мне, пожалуйста, мое полное имя и статус при отбытии из Эльфийской Империи.
Мужчина замялся под красноречиво убийственным взглядом подружки, но все же произнес:
– Принцесса Ева Эвалиэль Эль Сафори.
Криста скривилась, черты лица ее заострились, зубы заострились и увеличились, как и длинные черные когти. Ралион с силой оттолкнул меня от Кристабель и крикнул:
– Бегите отсюда! Быстро!
Валентина, конечно, послушно кивнула и бросилась бежать со всех ног. А вот я...
Я, дурная моя голова, была слишком заворожена удивительной метаморфозой: Кристабель прилично раздалась в размере, послышался жуткий хруст ломающихся костей, суставов; девушка, словно в фильме ужасов, меняла форму. Ноги трансформировались в крючковатые когтистые лапы, как и руки. Жилистые крылья, как у летучей мыши, венчали острые шипы. Мордой драконица была похожа на помесь крокодила со змеей, да и тело ее было непропорционально длинное, но блестящая черная чешуя так симпатично сверкала, что я даже залюбовалась.
– Кристабель, я тебя прошу, – спокойно – более того, с нежностью в голосе – позвал драконицу жених, но она лишь отшвырнула его лапой и кинулась ко мне. Кажется, мне пришел конец, я зажмурилась от страха, вся жизнь пролетела перед глазами, как один миг.
Ну вот кто меня тянул? Меня, что, жизнь не научила еще? Сначала орки, теперь драконы.
Но драконица не спешила нападать, более того, лишь ее тяжелое дыхание ощущалось у меня над ухом.
Звенящая тишина сводила меня с ума.
Прошло несколько минут; я отсчитывала количество ударов сердца, чтобы впассть в панику, но все еще была жива. Драконица была рядом, её дыхание щекотало мне ухо, и я, забывшись, оттолкнула рукой крупную морду, на что рептилия лишь рыкнула и заурчала, как огромная кошка.
– Щекотно же, зверюга! – проворчала я и приоткрыла от любопытства один глаз.
Где-то на другом конце зала были разбиты все зеркала, а Ралион лежал в куче осколков.
Черная драконица лежала рядом со мной на длинном брюхе и рассматривала меня, вспыхнувшую пламенем, любопытными глазами медового цвета.
– Кристабель, что ты наделала! – Мужчина, застонал и, кажется, начал приходить в себя. Однако зверюга вновь себя странно повела: быстрым движением она скрутилась вокруг меня огромным кольцом, сверху заботливо прикрыла крылом, туда же сунула и морду, пряча нас обеих.