– Мы не сможем пойти с тобой, Ева, – сказал Ралион то, что я и так знала. – Но я донесу тебя до границы. Сможешь указать, в какую сторону?
Прислушавшись к себе, противоречивых чувств я не ощутила и коротко кивнула.
Глава 15: Сложное решение
Путь оказался длинным и сложным.
Драконьи долины были окружены высокими заснеженными горами. Сперва было страшно задеть очередной каменный выступ, потом холодно. Но, в конечном счете, я просто наслаждалась полетом. А еще красотами нового манящего мира, который я так до сих пор и не постигла, но отчаянно хотела помочь.
Чувствовала я себя непомерно лучше, хотя где-то в груди и поселилась глухая тоска. Я же не зверь, у меня тоже есть чувства.
Говорят, что перемены трудны лишь вначале, а потом становится проще, организм приспосабливается. Не верьте, мне не было проще. С каждым новым днем я все меньше верила в счастливый исход для себя. Казалось, что не три месяца прошло, а целая вечность. Эпоха. В итоге вместо грез о славе и успехе, богатствах и признании я мечтала лишь о тихой и спокойной жизни. Как мало, оказывается, нужно, когда перестаешь считать себя центром мира! Хотя именно сейчас я этим самым центром и была. Но чувствовала всем сердцем, что мне это еще аукнется.
Зеленая нить несколько раз разветвлялась, а потом истончалась и обрывалась, заводя в тупик, а потому к границам драконьих земель мы прилетели лишь через сутки. Ралион все сильнее бесновался и злился, когда я в очередной раз требовала его повернуть, вернуться назад. Его можно было понять, я чувствовала его волнение. Но и я не лыком шита: стоило дракону взбрыкнуть и начать плеваться огнем, выписывая фортели в небе, как я аккуратно стягивала перчатку, касалась его черной сияющей чешуи и забирала огонь. Впитывала попусту растрачиваемую Силу. Не пропадать же добру? Ралион злился, шипел, смотрел на меня грустными глазами, но молчал.
Интересно, Кристабель удостоила меня чести слышать драконий голос, а этот здоровяк – молчун какой-то.
Ближе к ночи дракон опустился на берег реки, разрешая мне слезть, а сам быстро взмахнул своими необъятными крыльями и улетел в лес. Широкая кристально чистая река вытекала где-то высоко в драконьих горах и тянулась далеко вниз, вдоль нее тянулась и зеленая нить.
Устав за день, я была не в состоянии идти дальше. Ноги гудели, спина трещала. Требовался отдых и сытный ужин. Ужин был в мешке за плечами, а с отдыхом помог сам ящер, внезапно вернувшийся назад. Со следами крови на морде и изрядно пополневшим брюхом.
Свернувшись клубком, он любезно приподнял крыло, позволяя мне устроиться спать на теплом драконьем боку, а я не смогла отказаться от такой роскоши.
***
Первое, о чем я подумала утром, было: «Как же холодно!» Вторая мысль привела меня прямиком в кусты, посему озвучивать ее я не стану. В общем, утро выдалось не слишком радужное. С другой стороны, никто в рабство не забрал, кровь не отобрал, замуж не выдал и в бордель не продал – уже хорошо.
Дракона, разумеется, и след простыл. И как это, интересно, такая здоровенная зверюга умудрилась абсолютно незаметно проскользнуть мимо меня?
Впрочем, наскоро перекусив, я продолжила путь, придерживаясь водоема, а мысли о высоком отложила на потом.
Благодаря быстрой ходьбе я почти сразу согрелась, а немного позже и местное солнце осветило мой путь, согревая и купая в собственных лучах.
Река то и дело лентой ускользала вниз, создавая прекрасные небольшие водопады и заставляя меня изрядно попотеть, чтобы не расшибить себе лоб или не переломать ноги. Так и прошел весь мой день.
Ближе к вечеру, когда уже изрядно стемнело, я решилась остановиться на привал. Самым лучшим местом я посчитала небольшой залив близ водопада, там обнаружилась чудная идеально круглая поляна, надежно скрытая кустарниками по периметру.
Усталость прошедшего дня навалилась тяжким грузом, и я добрых полчаса просидела, тупо уставившись в мерно падающую воду. Но голод отвлек меня от созерцания водопада.
Разделавшись с холодным мясом, изрядно сопревшим в мешке за плечами и поэтому не слишком вкусным, я решила устраиваться на ночлег. Но перед этим нужно было помыться, а еще лучше – поплавать. День был жарким, тело ломило от усталости, а вода должна была быть словно парное молоко.