Может, прежняя Ева Ильина по достоинству оценила бы накаченное мужское тело и нежные руки, но я была не она.
Едва мы подъехали к городу, навстречу выехала троица всадников.
– Здравствуй, маленькая госпожа! – поприветствовал меня первый (в нем я узнала Симларахда). Как я догадалась, за ним следовали его неизменные спутники и по совместительству братья.
– Сим! –радостно вскрикнула я. Я бы и обняла его, но провоцировать организм было опасно. – Как ты узнал, что я тут?
Парень пожал плечами и смущенно опустил глаза:
– Может, просто я менталист, может, я услышал твои мысли задолго до твоего появления.
Я поперхнулась: мысли мои были не очень правильными, развратными, и вообще я сама не помнила, о чем думала. От этого я чувствовала себя вдвое более неловко.
Гхаарх же вдруг рассмеялся, заливисто и весело, то и дело вытирая проступившие слезы:
– Брехун, и не стыдно тебе? Посмотри, как испугалась наша птичка. –Насмеявшись, орк внимательно посмотрел на меня, принял серьезный вид и открыл тайну: – Я отправил всадника сразу же после того, как нашел тебя. Кто знает, смог бы я тебе помочь или нет. Но Данте точно смог бы.
– Что?! – возмутилась я. – Ты позвал Данте?!
– Прощения просить не буду, – сказал, как отрезал Гхаарх. – Во мне магии слишком мало, на помощь могло и не хватить. А этот прохиндей Визерис к тебе и на шаг не подойдет, только через мой труп.
– И не думала требовать, – улыбнулась я. – Нам с ним давно пора было объясниться. А сейчас я бы очень хотела отдохнуть.
Орк кивнул, повернулся к Симларахду:
– Попроси подготовить мои личные покои для Евы, а я пока поживу в гостевых.
– Подожди, – перебила я и подняла руку, прося слова. – Могу я сама выбрать покои? Это очень важно для меня, иначе, боюсь, весь смысл моего путешествия пропадёт.
Гхаарх молча кивнул.
Симларахда отправили в совет старейшин – предупредить о высоком визите, близнецы переругивались и толкались, не желая уступать право говорить. А я повела варга вдоль зеленого силового потока.
При входе в верхний уровень города зверюг пришлось оставить, благо, мне принесли сменную обувь и теплый закрытый плащ. Климат у орков был куда более холодный, чем у драконов и гномов. А еще я все не могла отогреться после Мертвых земель и ледяного озера Сандэи.
Мы спокойно шли по городу, то и дело возвращаясь, потому что силовой поток проходил сквозь массивные стене, разделяющие кварталы. Когда вид мой достиг мученического предела, Гхаарх зарычал и приказал идти прямо сквозь дома.
Так мы и пришли к Дому Наслаждений.
За спиной тут же начали раздаваться тихие шепотки и смешки, шутки определенного характера. Мне это не понравилось, как и Гхаарху. Он обернулся и внимательно посмотрел на подчиненных, а они все прекрасно поняли и замолчали, вытянувшись по струнке.
– Гхаарх, я хочу остановиться тут. Где-нибудь вон в том крыле – Я указала на левое крыло, под которым на глубине находились знаменитые на весь мир термали и озеро Гхар-Нави.
Мне отвели просторные двухкомнатные апартаменты, светлые и свежеубранные, вычищенные до зеркального блеска. Казалось, даже мебель оперативно сменили на новую.
Ностальгии я, правда, не испытала. Да и было бы удивительно, если бы я скучала по здешним местам.
Единственное, по чему я скучала (точнее, по кому), была Шаласка. Сама не понимаю, почему мне так хотелось снова увидеть ее небрежную прическу и ощутить запах табака, который она курила беспрерывно. Хоть я и понимала, что Ласки не существует, что это лишь один из образов озорной Богини Навьелии, а все равно скучала. Ведь эта ворчливая старушка приняла меня в этот мир, помогла освоиться и успокаивала, на ее плече я пролила тонну слез.
Я не хранила обиды.
Ведь, едва шагнув в двери Дома Наслаждений, я почувствовала то, чего не могла ощутить раньше, потому что не умела, потому что не верила. Я наконец-то все поняла, всей душой ощутила, как где-то внизу каждую минуту страдает живое существо. Рвется, мечется, желая освободиться, избавиться от оков бесконечной боли, желая покоя. Но не может. Навьелия, Навьетта, Навью Скользящая. Шаласка.