– Они выступают, вашбродь, – ко мне подбежал седоусый егерь.
– Что же, и нам пора, – подал я команду нашему небольшому разведывательному подразделению.
Мы вскочили на коней и нарезали круг по лесу, выйдя к засеке, которой наши бойцы перегородили путь англичанам. Через минут пятнадцать из-за поворота дороги появился головной дозор британцев. Завидев наше укрепление, они остановились и стали ждать подхода основных сил, которые составляли около тысячи человек. Британцы построились в три небольшие пехотные коробки, в промежутках между которыми прислуга толкала метатели и двинулись вперед. Перед строем британских войск появились три фигуры, одна из которых бросила в наше импровизированное укрепление водяное копье. Бенкендорф парировал его щитом холода, и кусочки льда со стуком упали на землю. Ну что же, мой выход. Появившись перед строем своих бойцов, я отправил в британских магов шаровую молнию. На ее пути возникла стена зелени, сквозь которую мое плетение прошло не замедляясь. За зеленой завесой грохнуло, и заросли осыпались темным порошком. Нам открылось зрелище трех изломанных тел, раскинувшихся на земле. Британские артиллеристы вышли на дистанцию стрельбы и остановились. Саша отправил в них площадное заклинание морозного тумана, чтобы сделать невозможным прицеливание. Паутина маноканалов в моем теле засверкала. Я напрягся, и в полет отправились сразу две шаровые молнии диаметром около полутора метров каждая. В туманном облаке, где пропали мои подарки, грохнуло. Оттуда вылетели клубы дыма, пыли, какие-то тряпки, части разбитых метателей и людей. После уничтожения магов и артиллерии сипаи Бомбейского полка были обречены. Я подал команду, и гвардейские артиллеристы приступили к минометному обстрелу, перенося огонь по фронту с одной пехотной коробки на другую. Егеря Сипягина принялись стрелять по готовности из винтовок, выбивая у англичан офицеров и сержантов, а выхвативший шпагу Бенкендорф возглавил штыковую атаку сводной роты Софийского и Угличского полков. Мне еще пару раз пришлось отправлять магические презенты врагу, чтобы уничтожить очаги сопротивления, но для англичан здесь и сейчас все было кончено. Оставшиеся в живых супостаты или сдавались, или пытались спастись бегством, что с их стороны было большой ошибкой, ибо драпали они в свежеограбленные Холмогоры, где оставшиеся в живых местные жители очень хотели переведаться со своими обидчиками. К слову, никого из бежавших мы больше не видели, а местные мужики еще долго хвастались перед соседями портянками из настоящего индийского шелка, которые здорово напоминали куски от тюрбанов. Первое сражение с превосходящими силами англичан было выиграно как-то без особого напряжения сил, но расслабляться было рано.