Во время бал-маскарада жена шепчет своему мужу: "Вон тот дворянин мне просто проходу не даёт. Даже не знаю, как от него избавиться!"
"Легко, – советует муж. – Сними маску."
Общество рассмеялось немудрящей истории, и эстафета перешла к Багратиону. В этот момент в нашу компанию влился еще один человек. Это был полный мужчина средних лет южной внешности. Кто-то назвал бы его облик средиземноморским, а по мне так обычный торгаш с овощного рынка, только кепки-аэродрома не хватает. С загадочной улыбкой на устах он пожирал глазами Машеньку Скавронскую.
– Это что еще за престарелый фавн изрядной степени потасканности? – спросил я у подошедшего Бенкендорфа.
– Отчим вашей нимфы, граф от магии воды Юлий Помпеевич Литта, – просветил меня Саша.
– Как-то он не по-отечески на нее смотрит, – недовольно проворчал я.
И тут события понеслись вскачь. Отодвинув девушек в наш кружок, вломилась пьяная парочка – гусь да гагарочка. Один из вновь прибывших молодых людей внимательно оглядел всех окружающих и провозгласил:
– Федька, ты глянь – оба ублюдка здесь.
Второй сильно хмельной вьюнош посмотрел на меня неожиданно трезвыми глазами и заявил:
– Вы трус, сударь, и можете только убивать подло и исподтишка, – сообщил мне молодой наглец.
От такого пассажа я малость остолбенел и поинтересовался:
– А вы кто, собственно говоря, будете, юноша?
– Я сын графа Палена, которого вы подло убили с помощью своего богомерзкого колдовства.
– Убить убил, но шпагой, а не магией. Потрудитесь принести извинения, молодой наглец.
– Враки, – заявил графеныш и с вызовом посмотрел мне в глаза.
– Что ж, завтра утром у вас будут мои секунданты, – задумчиво сообщил я.
– Выбор оружия за мной, – еле сдерживая ликование, заявил Федор.
– За вами, – подтвердила моя светлость, осознав, что это "жужжу" неспроста.
В это время рядом с нами разыгралась безобразная сцена.
– Если ты, старый, жирный, похотливый козел еще раз подойдешь к Машке, я тебе уши обрежу, – заявило итало-азербайджанцу второе юное туловище.
Граф Литта испуганно прятал глаза. Я увидел, как у князя Петра Ивановича гневно раздулись ноздри, и поспешил предупредить вспышку ярости потомка Багратидов.
– Молодой человек, судя по тому, как вы называете столь уважаемую мной Марию Павловну, воспитывали вас явно на конюшне. Посему, так уж и быть, завтра мои секунданты посетят и вас, но после вашего брата. Соблаговолите указать им место, где я высеку вас вожжами, к чему вы, должно быть, привычны.
А вот второй Пален был действительно пьян и не нашел ничего лучшего, как, стиснув кулаки, сделать шаг в мою сторону. Коротким движением кисти я выплеснул ему в лицо остатки шампанского из бокала со словами: «Охолоните, невежда.»