- Пошли.
Говоривший встал, и они вдвоем приблизились к Женьке. Тот попытался уползти, но сил не хватило.
- Он похож на червяка,- заключил тот, кого назвали Шуней.
- Человек-червяк? Хм… оригинально. А если он червяк, то что он делал в гнезде? Разве червяки живут в гнездах?
- Не живут. Гнезда – для птиц, а птицы едят червяков.
- Шуня, ты такой умный, прямо прохвесор!
- Я знаю… И вот что я тебе, Мурик, скажу – это точно не червяк.
- А че его тогда так корчит?
- Походу, пруха у него. Ты на его шары посмотри – один зрачок.
- В натуре, братан, сплошная чернота, я таких никогда не видел. Наверное, штырит его сейчас не по-децки.
- А-то!
- Эй, турист, ты чем это таким закинулся? Я тоже так хочу… А чего он не отвечает?
- Игнорирует, наверное.
- Инго… чего?
- Ну, не уважает.
- Че, в натуре? Ты нас не уважаешь?- Мурик ткнул Женьку ботинком в бок.- Молчит, сука… Сейчас я его расшевелю!
С этими словами обдолбыш достал нож и присел рядом с Женькой. Тот попытался уползти, но Мурик схватил его за волосы:
- Куда?
И ткнул ножом в плечо.
Женька замычал – не столько от боли, сколько от страха. Страшно было подумать, что с ним мог сделать этот любитель смелых экспериментов.
- По ходу, ему не нравится, когда в него тычут ножом,- заключил Шуня.
- А кому понравится? Но он сам виноват, я же с ним нормально пытался. Скажи, Шуня?
- Подтверждаю.
- Вот. Пусть теперь не обижается. Он у меня не только говорить – он петь научится.
И Мурик снова ткнул Женьку ножом – на этот раз в бок.
Алексеева совершенно не волновало, как это выглядит со стороны – червяк? ну, пусть будет червяк, - и он пополз в щель, замеченную слева. Там стопкой лежали железобетонные плиты, и между ними и землей оставался небольшой зазор. Вот именно туда и направился Алексеев, потому как больше некуда было спрятаться.
- Смотри, че творит!- заржал Мурик.- Да он по натуре червяк какой-то! Как у него это получается?
Щель была, на самом деле, слишком тесная для человека, но Женька каким-то образом умудрился в нее протиснуться. Правда, полностью спрятаться ему не дал все тот же Мурик, который схватил его за ноги и вытащил обратно.
- Ты резиновый, что ли?
- Это легко проверить,- подал голос Шуня.
- Щас проверим,- прокряхтел Мурик, и нож начал приближаться к телу Алексеева.
От ужаса того, что должно было произойти, Женька закричал. На этот раз крик вышел гораздо лучше, чем прежде, хотя снова был более похож на рык разъяренного животного, нежели человеческий. Проняло даже находившихся под кайфом наркоманов. Шуня побледнел, рожу перекосило страхом. Мурик отшатнулся, упал на пятую точку, попятился назад, помогая себе руками. Женька же, почувствовав в себе силы, встал на четыре конечности, собрался весь, а потом оттолкнулся от земли ногами и прыгнул на недавнего обидчика, опрокинув того на спину…
Что было потом, он смутно помнил. Только когда очнулся, под ним судорожно билось окровавленное и разорванное тело Мурика. Полные ужаса глаза смотрели на Женьку, рот был распахнут в немом крике. Продолжалось это недолго. Вот тело замерло и расслабилось, глаза начали мутнеть.
Алексеев не ожидал ничего подобного, отшатнулся назад, как совсем недавно ныне покойный Мурик, и увидел Шуню. О том, что парень был напуган, красноречиво говорили мокрые следы на внутренней стороне штанин. Страх был настолько велик, что парень не смог убежать, пока была такая возможность. Сил хватало лишь на то, чтобы пятиться назад, к костру. Там лежали рюкзаки и оружие двух наркоманов. По-хорошему Женьке нужно было добраться до Шуни прежде, чем тот успеет взять в руки автомат. Но после всего случившегося ему самому стало страшно.
Что же он такое, если смог сотворить такое с человеком?
А вместе со страхом вернулась и слабость.
Поэтому вместо того, чтобы наброситься на Шуню, он снова пополз под плиту и спрятался там, прижавшись к скале.
Шуня же, напротив, осмелел, заметив бегство непонятного существа, которое на его глазах в считанные мгновения порвало Мурика на британский флаг.
- Сука… Сейчас… Сейчас…- бормотал он. Бросаясь к костру, поднимая с земли автомат, передергивая затвор.
Приготовив оружие к бою, он выпустил длинную очередь по плитам и земле перед ними. Пули разлетелись широким веером, ни одна из них не попала в цель.
Дрожащими руками Шуня перезарядил автомат и теперь уже уверенно приблизился к плитам.
- Вылазь, падла!- крикнул он. Голос был визгливым, дрожащим от страха. Дурь из головы словно ветром выдуло.- Вылась, кому говорю, я ведь тебя все равно оттуда выковыряю, только потом хуже будет! Ну, хорошо…