Санька тоже молчал. Ну, сидят и сидят себе…
Правда, по мере приближения он начал отмечать кое-какие странности. Во-первых, выглядели эти двое уж как-то слишком бомжевато. На мужике была грязная и рваная телогрейка, на бабе – не менее изгвазданное платье. Даже «татарин» на их фоне выглядел как лондонский денди. Во-вторых, сидели они не просто так, а будто колдовали над третьим субъектом, лежавшим на дороге. Судя по кирзовым сапогам и ватным штанам, это тоже был мужик, впрочем, большего Санька так и не смог разглядеть.
Все прояснилось, когда до незнакомцев осталось шагов тридцать. Только тогда они услышали или почувствовали приближение отряда и одновременно повернули головы.
Санька даже дернулся от неожиданности, когда на него взглянули две уродливые рожи мутантов. И еще вопрос, кто из них двоих выглядел отвратнее. У бабы лицо было жутко сморщенное, нос сворочен на бок, губы посинели и были больше похожи на застарелый шрам. У мужика кожа, напротив, высохла, натянулась и потрескалась, да так, что местами проглядывали кости черепа. Рот и жиденькая бороденка были перепачканы чем-то стремным на вид. Впрочем, теперь, находясь в непосредственной близости, Санька мог сказать, чем занимались эти двое на лесной дороге. Они неторопливо жрали третьего, ковыряясь сухими пальцами в его внутренностях. Причем этот третий был все еще жив – шевелил руками и ногами и то и дело пытался привстать. Внешне он выглядел ничуть не лучше этих двоих – такой же урод, такой же мутант. Просто ему меньше повезло.
До появления Саньки со товарищи эти двое вполне довольствовались тем, что имелось в наличии. Но судя по реакции, свежатина им нравилась гораздо больше. А может, они подумали своим скудным умишком, что появились конкуренты, и решили прогнать незваных гостей? Так или иначе, они нехотя встали и, шаркая, вытянув руки, направились навстречу отряду. Их ничуть не смутило ни численное преимущество противников, ни то, что они были вооружены.
К санькиному удивлению, бурной реакции со стороны Пана и его людей не последовало. Как будто нечто подобное было им не в новинку, да и особой опасности со стороны приближающейся парочки они не видели. Как двигались на полном расслабоне, так и продолжили идти. Разве что командир взял в руки «Винторез», снял его с предохранителя и, уткнув в плечо, на ходу произвел два одиночных выстрела.
Хорошая штука «Винторез»! Стрелял он очень тихо – лишь легкий хлопок и лязг затвора. А выпущенная им пуля пробивала даже легкую броню, что уж там говорить о черепушках мутантов. Мужику разворотило голову, вырвав изрядный кусок. Бабе повезло больше – пуля вошла аккуратно в лоб, оставив небольшое входное отверстие. Но результат в обоих случаях был одинаковый – мутанты рухнули на асфальт без признаков жизни. Удивительнее было другое: третьему клиенту, тому которого увлеченно кушали двое других, удалось-таки подняться, и он, волоча между ног кишки и спотыкаясь о них, тоже решил попытать счастья и полез на Пана. Раздался еще один глухой выстрел, и мутант снова принял горизонтальное положение.
Бывалые бойцы прошли мимо поверженных врагов, не обращая на них ни малейшего внимания. И только Санька таращился на трупы, борясь с приступами тошноты – воняли он соответственно внешнему виду.
- Это… зомби?- спросил он, нагнав Пана.
- Зомби обитают на Гаити, а у нас зомбированные или зомбаки… А это… Нет, это не они. Это мертвяки, только ожившие.
- А какая разница?
- Одна дает, другая дразнится… - буркнул Пан.- Большая разница. Зомбированные – они изначально живые. Подверглись воздействию Мозголома или того же Кукольника. Организм все еще живой, а мозг… нет, не умер. Он как будто перепрограммирован. Стерто все, кроме основных инстинктов. Зомбированный дышит, ест, спит, может даже выполнять простую работу. Все это бездумно и бесцельно. А потом… Они как будто приказ какой-то получают или переходят под внешнее управление и всем скопом рвутся за пределы Зоны. Обычно такое бывает сразу после Выброса. Потом они снова становятся неприкаянными, до следующего раза.
- А мертвецы?
- Это уже другая история. Они все когда-то умерли: кто-то недавно, а есть и такие, кто помнит первый взрыв реактора. Увидишь – не ошибешься. Свежих от живых не отличишь. А самые старые на мумии похожи. Видел фильм? Вот и они такие же – сухие и хрупкие. Но и тех, и других поднимает Выброс. Некоторые даже из могил вылезают. Ума у них еще меньше, чем у зомбированных, они в основном на жратву заточены. Ну и агрессия зашкаливает. Да только сделать ничего не могут – слишком уж неповоротливые. Разве что толпой навалятся. Зато живучие не в меру. В отличие от зомбаков, этих очень трудно убить.