Женька сломал тростинку и аккуратно сунул ее в скопление мошкары. Так и есть: раздался дикий хруст, и тростинка начала укорачиваться по мере погружения ее в рой. Гнус перемалывал растение не хуже шредера. Не было никакого сомнения – сунь Женька руку вместо тростинки, и ее постигла бы та же участь.
И в отличие от аномалии, рой не собирался смещаться в сторону. Правда, и атаковать не спешил.
Можно было обойти его, но Алексеев решил поэкспериментировать. Что-то подсказывало парню – его возможности гораздо обширнее, нежели то, о чем он уже знал наверняка.
Женя поднес руку к рою, мысленно «надавил» и… рой послушно сместился в указанном направлении. Захрустел перемалываемый тростник, вставший на пути гнуса. А Женька довольно улыбнулся и шагнул вперед, на очищенное пространство.
Вот и дерево, о котором говорил Док. Оно росло на открытой проплешине в самом центре островка. Глядя со стороны, Алексеев не видел рядом с ним никакого арта. Нужно было подойти поближе. Женька вылез из зарослей и, как только его нога ступила на проплешину, раздался приглушенный щелчок. В реальной жизни парню не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Но время, проведенное за компьютерными играми, не прошло даром. Так что звук этот был знаком – щелкнул отбрасываемый в сторону спусковой рычаг ручной гранаты.
И секунду спукстя раздался взрыв, искромсавший тело Алексеева осколками…
Женька стоял в зарослях, до проплешины оставалось сделать всего пару шагов. Только что его порвало осколками гранаты, а мгновением позже он снова очутился на пути к растяжке, как будто…
Он шагнул вперед, аккуратно раздвинул стебли тростника, посмотрел вниз и увидел протянутую по-над землей леску, один конец которой крепился к колышку, а другой – к частично вытянутой из паза чеке ручной гранаты. Стоит зацепить ее, и произойдет взрыв. Собственно, он и произошел, в первый раз. И что же? Судьба – или что-то еще, более могущественное – даровала Женьке возможность исправить смертельную ошибку?
Иного объяснения у него не было. Как и названия тому, что с ним произошло – то ли предвидение опасности, то ли возвращение назад во времени.
«Нужно будет у Дока спросить»,- подумал Женя, переступил через леску и приблизился к дереву…
Назад он возвращался тем же путем. Немного замешкался у воды, однако нога, когда он ступил на колышущуюся поверхность, не провалилась, и Женя легко добрался до разрушенной лестницы. Летать он не мог, поэтому пришлось карабкаться по обломкам, но он осилил и этот путь.
- Нашел?- не оборачиваясь, спросил Док, что-то готовивший на газовой плите.
Женя мотнул головой, потом сообразил, что Док его не видит и сказал коротко:
- Нет.
- Ну, значит, исчез уже,- равнодушно пожал плечами наставник.
Женька облазил весь остров, а оказалось… Док попросту его развел – не было там никакого арта!
И такая злость взяла Алексеева, выплеснулась наружу и разлилась по дому, да так, что стены задрожали, заплясали табуретки по полу, завибрировала посуда.
После этого Док не мог оставаться безучастным, резко обернулся, взмахнул руками, и Женьке показалось, будто его накрыло теплым одеялом, запеленало в кокон, стянуло – не вздохнуть. Дом перестал дрожать, но ярость, охватившая Алексеева, не унималась. Правда, теперь она была запечатана в его собственном теле непонятными стараниями наставника.
- Успокойся, Женя!- ровным голосом произнес Док.- Так было надо. Зато ты теперь знаешь, на что способен. И можешь мне поверить, это еще не предел.
Он приблизился к парню, взял его за плечи, заглянул в глаза.
Алексеева тут же отпустило. Он обмяк, как будто собственная злость отняла у него все силы.
- Ты весь промок,- тихо произнес Док, провел рукой сверху вниз, не прикасаясь к Женьке. От мокрой одежды пошел густой пар. Жара Алексеев не чувствовал, зато выглядело это забавно. Он улыбнулся.
А вот Док вдруг нахмурился, задрал подбородок, завертел головой, как будто к чему-то прислушивался. На немой вопрос Женьки он ответил:
- Скоро будет Выброс.
- От-ку-да…
- Я чувствую. А ты нет?
Подражая наставнику, Женя тоже прислушался к ощущениям и, да, почувствовал приближение чего-то нехорошего…
***
После того, как колонна транспорта вернулась в исходную точку, Антона отделили от остальных невольников и заперли в небольшом, похожем на кладовку помещении, в одиночестве.
Поездка к Городу Мертвецов – а это определенно был именно он, Тышкевич даже побывал в свое время в заброшенном военном городке, ставшем прообразом этой локации, так что сомнений не было,- добавила массу новых вопросов. Что это вообще было?! Зачем Храмовники свозили в Город мертвецов и прочую нечисть? И откуда те взялись? Неужели их отлавливали по всей Зоне только ради того, чтобы… что?