Глушков был бы доволен…
Где-то там, наверху, в одном из соседних домов находилась его сумка…
…и мобильный телефон…
…а в ней – сменка.
А еще ужасно хотелось пить. В горле пересохло настолько, что, когда он все же решился позвать на помощь, наружу вырвался лишь глухой хрип.
И тут Макс вспомнил о Кузином рюкзаке. Из погреба «татарин» выбрался без него. Значит, мешок должен быть где-то здесь. В нем, наверняка, есть бутылка минералки.
А если повезет, то и мобильник…
Клинцов развернулся, окинул взглядом раскуроченное помещение…
Если рюкзак в момент взрыва находился в переднем помещении, то от него ничего не осталось.
Макс собрался силами, поднялся с пола. Ноги были непослушными, кружилась голова, его пошатывало, саднило колено, но уже не болело так, как вначале. Видать, во время приземления сустав встал на положенное место. Держась за стену и стараясь не смотреть на останки диминого тела, он прошелся по погребу, вороша здоровой ногой кучи мусора. Что-то звякнуло. Присмотревшись, Макс увидел топор. Его знатно припорошило пылью, в остальном же он ничуть не пострадал. Макс взял его в руку…
Теперь у него было какие-никакое, но оружие.
Однако ни рюкзака, ни его ошметков в передней комнате не было.
А если…
Клинцов добрался до кладовой и заглянул внутрь. Несмотря на то, что снаружи наступил новый день, в погребе без освещения было сумрачно. Макс никак не мог вспомнить, что случилось с фонарем? Ах, да, он оставил его, как и топор, на нижней ступени, когда осматривал убитого, и наверх его никто не брал.
Значит, кирдык фонарю…
Придется обходиться без него.
Впрочем, все оказалось намного проще. Когда глаза привыкли к сумеркам, Макс разглядел рюкзак в углу кладовой. Его тоже присыпало кирпичными осколками, оттого и не увидел сразу.
Клинцов приблизился, кое-как присел, корчась от боли в колене. Горловина была развязана. Макс вспомнил, как юродивый сунул в него руку и вытащил странный шар. А потом еще кое-что всплыло в памяти:
- Это не мой рюкзак!- крикнул ему Кузьма за секунду до того, как начался дурдом.
Тогда чей?
Рюкзак был старый, брезентовый – таких уже давно не выпускают. У остальных ребят были либо новые, синтетические, либо вовсе - дорожные сумки.
Неужели этот рюкзак принадлежал странному бородатому мужику?
Макс даже усмехнулся, поняв нелепость ситуации: толпа разъяренных парней гонится за бедным юродивым, чтобы отнять у него его же рюкзак…
Н-да, неувязочка вышла…
Тогда непонятно было, что делал в доме юродивый? И как он туда попал? Так как растяжка Харченко сработала на выходе, значит, мужик пробрался внутрь каким-то другим способом. Может, выломал доски на окне соседней комнаты? Или…
Клинцов вспомнил, как вспыхнул радужный шар в руках юродивого, и… мужик исчез, появившись в передней комнате погреба.
Хм…
Что касается рюкзака…
Макс вышел в переднюю комнату, где было гораздо светлее, растянул горловину пошире, заглянул внутрь.
Содержимое рюкзака вполне соответствовало внутреннему миру его хозяина. Один за другим Макс начал вытаскивать более чем странные предметы, складывая их на пол. Сильно потертая губная гармошка. Коготь неведомого существа толщиной с палец у основания и острый, как бритва, с противоположного конца. А вот, кстати, и палец, по виду – человеческий, но толстый, словно распухший, и сухой, с крепким, будто окаменевшим ногтем…
Гадость какая…
Гильза из-под пистолетного патрона калибра 9х19. Еще одна гильза. Зажигалка.
Следующим предметом была какая-то тяжелая цилиндрическая емкость, похожая на термокружку. Взяв ее в руки, он обнаружил на крышке довольно сложный замок, необычный для простого термоса. Подумав, что вряд ли в емкости свежий кофе, он отложил ее в сторону.
На дне рюкзака оставались побитая армейская фляга и банка рыбных консервов. Фляга была заполнена минимально, вопрос лишь – чем? Судя по остальным предметам, там могло быть все, что угодно. И все же Макс решил рискнуть и открутил крышку. Осторожно понюхал. Никакого запаха. Плеснул немного на пол, потом на пальцы. Растер. Вроде вода…
Уже поднеся флягу к губам, замер: а вдруг она радиоактивная? Жаль, у него не было дозиметра, чтобы проверить. Но жажда мучила настолько, что…