- Черт, предохранители сгорели!- послышался голос Решетова.
- Увы, этот шар поглощает немереное количество энергии, просто проглот какой-то!- а это уж голос Покровского.- К тому же мне удалось установить, что вес переносимого предмета, дальность переноса и прочие параметры прямо пропорциональны количеству потребляемой им энергии. Если так и дальше пойдет, то нам понадобится вся немыслимая мощность крупной электростанции… Все, Сергей, выключай камеру, хватит на сегодня…
Рябь на экране, и снова «мальчишки и девчонки…».
Санек так и не понял, к чему был этот экскурс в историю? Что этим хотел сказать тот… Кто? Не младенец же, на самом деле?
Или?
Глушаков перевел взгляд на ребенка. Тот по-прежнему смотрел на экран, угукал и сосал большой палец.
Саня еще раз попробовал добраться до арта. Шаг – и тут же рычание без отрыва от просмотра передачи.
И вдруг ему в голову пришла идея. Да, так себе мысль, но ничего другого у него не было.
- Я сейчас вернусь,- сказал он младенцу.- Ты только никуда не уходи, хорошо?
К двери он пятился медленно, а когда протиснулся в коридор, побежал, что было сил. Ворвался в раздевалку. Где же она была… Захлопал дверцами шкафов… Вот! Взял с полки старую конфетку и опрометью вернулся в просмотровый зал. К его несказанному облегчению, младенец сидел на прежнем месте.
- Вот…- тяжело дыша Санек продемонстрировал конфетку.- Давай меняться: я тебе ням-ням, а ты мне этот бесполезный и некрасивый камешек. Хорошо?
Он медленно приближался, протягивая леденец, младенец никак не реагировал, даже не рычал. Когда до него осталось совсем чуть-чуть, шкет каким-то неуловимым движением выхватил конфету, избавил ее от обертки, сунул в рот и громко зачмокал.
- Так я забираю камень?- спросил Санек с надеждой. Ответа нее получил. Протянул руку к арту – никакой встречной реакции. Поэтому уже смелее Глушаков подался вперед, тремя пальцами взял артефакт и… наткнулся на пристальный взгляд черных, как мысли маньяка, глаз малыша. В груди Саньки похолодело. Однако младенец снова зачмокал, отвернулся к экрану и продолжил просмотр, комментируя определенные моменты счастливым детским визгом.
Все еще не веря в счастье, Саня решил удалиться. Пока пацан не передумал. Так же не спеша вышел из просмотрового зала, так же быстро пробежался по коридору, спустился на минус третий этаж, пересек холл и остановился перед коридором, ведущим в Сектор А. Даже имея на руках арт, боязно было соваться в пекло. А вдруг все это происки мелкого демона? Уж слишком просто достался Саньке бесценный арт.
Потом он все же решился, пошел медленно, едва дыша. Как будто от этого зависел успех задуманного. Замер, приблизившись к границе первой аномалии. Так и казалось, сейчас она его проглотит. Или разорвет. Или испепелит. Или… Да все, что угодно! Еще шаг. Нет, ничего не случилось.
Значит, артефакт работал. По крайней мере, хотелось в это верить.
Саня делал короткие робкие шажки, не смея ускориться. Он даже моргал через раз и зыркал по сторонам одними глазами, реагируя на малейшие изменения. Вокруг него все искрилось, мерцало, подрагивало, хлюпало и шипело. А ему хоть бы хны…
Коридор оказался длинным, почти бесконечным. Добравшись до лестницы, ведущей вниз, Санька, облегченно вздохнул. До последнего подозревал какой-нибудь подвох. Но нет, обошлось. Теперь вниз, на минус четвертый. Хотелось верить, что он не ошибался, что именно туда ему и надо. Хотя с куда большим удовольствием он пошел бы в обратном направлении, наверх. До чертиков надоело ему слоняться по этому подземелью. Хотелось увидеть солнце.
Бронированная дверь, но ни замочной скважины, ни электронного замка, ничего. Даже ручки нет.
И что теперь? Неужели все труды оказались напрасны?
Саня поцарапал края, пытаясь зацепиться хотя бы ногтями, пару раз стукнул в дверь кулаком.
Приплыли…
А может, и не нужно ему сюда было? С чего он вообще взял, что ему на минус четвертый? Возможно, арт, за которым он пришел, находится на минус втором, который он так и не обследовал. Или на минус третьем, в Секторе В?
Что ж, придется возвращаться.
Он шагнул к лестнице, и в этот миг раздался щелчок, шипение и легкое движение за спиной. Глушаков обернулся и увидел, как медленно открывается бронированная дверь, а за ней - непроглядная чернота. Открывшись до упора, дверь замерла. А мгновением позже Санек услышал прозвучавший из темноты мертвый, как ему показалось, голос:
- Иди ко мне… Не бойся…