Глава 17
С легкой руки отца-генерала, Макс повидал немало военных городков. И тот населенный пункт, в который он вошел с Купером, несомненно, был местом проживания офицерского состава и обслуживающего контингента… Был… Городок уже давно стоял заброшенным, не одно десятилетие. За это время город затянула буйная растительность – давно не кошеная трава, густой кустарник, росшие в неположенных местах – например, прямо на проезжей части! – деревья. Не покидало чувство, будто сначала здесь был лес, а уж потом, тесня зелень, как грибы после дождя, повылазили всевозможные строения. По крайней мере, на окраине. Дома были типовой, хоть и давно устаревшей постройки, в основном двух-, трехэтажные, некоторые с двухскатными крышами - неухоженными, местами провалившимися. Лишь пара панельных пятиэтажек возвышалась над городком, как кирпичи, брошенные на газон. Дома были обшарпанные, покрытые мхом и дождевыми потеками, смотрящие на мир разбитыми окнами. На некоторых козырьках подъездов росли небольшие деревца, где-то вездесущая зелень лезла в окна, а где-то – и из окон.
Макс и Купер подошли к застройке не по дороге, а через поле, свернули в проход между двух домов... И Клинцов замер от неожиданности, увидев… копошащегося под капотом старого ГАЗ-52 мужика в клетчатой рубашке и плоской кепке. Тот был увлечен своим занятием, бренчал гаечным ключом и не замечал появившихся незнакомцев.
Поразителен был как сам факт нахождения в Мертвом Городе живого человека, так и занятие аборигена с учетом того, что «газон» находился в удручающем состоянии: стекла, фары разбиты, зеркала оторваны, резина не только спущена, но и высохла до твердости камня, деревянный кузов так же давно развалился, обнажив ржавую раму…
А этот чудик пытается что-то починить в движке!
Макс удивленно посмотрел на Купера, тот едва заметно улыбнулся и поднес указательный палец к губам. Держа руки на висящем на груди автомате, он прошел мимо загадочного автомеханика, и был полностью проигнорирован последним. Зато когда мимо проходил с любопытством пялящийся Макс, мужик высунулся из-под капота и повернул голову, глянув на Клинцова пустыми глазницами частично обглоданного черепа.
Макс невольно шарахнулся в сторону, налетел на стену дома, схватился за автомат, но был остановлен внезапно возникшим рядом с ним Купером, который снова молча приложил палец к губам. Лишь удостоверившись в том, что парень не станет палить, он убрал руку с автомата Клинцова и поманил его за собой, поворачивая за угол направо.
Жаждавший пояснений Макс быстро последовал за ним. При этом он продолжал таращиться на мертвеца, пытавшегося починить дохлый автомобиль. А тот вытер тяпкой высохшие пальцы и снова залез под капот, склонив голову над многострадальным движком. Клинцов же, свернув за угол, снова прирос к земле, ошарашенный увиденным.
Это был типичный дворик между домами с положенными по тому времени детской площадкой, лавочками перед подъездами и врытым в землю столом под навесом. Ржавая, зияющая дырами детская горка, торчащие из травы, сгнившие до корда колеса, пара облезлых лошадок на мощных пружинах, качели на цепях. И именно они в данный момент были заняты. На досочке, вцепившись ручками в цепи, сидела маленькая девочка и, задорно болтая ногами, раскачивалась туда-сюда. Она внимательно смотрела на Макса, а он на нее – не каждый день увидишь мертвого ребенка, катающегося на качелях. Стол тоже не пустовал. Трое мужиков в домашнем прикиде, отрешившись от остального мира, играли в домино, громко хлопая костяшками по столу. В том, что это тоже были мертвецы, сомнений не возникало ни на миг – стоило только взглянуть на них, даже издалека. В одном из подъездов на лавочках сидели вездесущие бабки. Сидели молча, с укором глядя на живых, вторгшихся в мир мертвых. Чуть в стороне прогуливалась молодая мама с коляской…
Макс растерянно посмотрел на Купера, требуя разъяснений.
А тот как будто издевался: подмигнул, привычным жестом призвал к тишине, махнул рукой и устремился в неизвестном направлении, подминая высокую траву.
Мертвецы были повсюду. Вот еще один автовладелец натирает тряпкой ржавчину на крыше «Москвича 412». А там дородная тетка, облокотившись на подоконник, зорко наблюдает в окно за происходящим во дворе. Мужик со шлангом поливает грядку. И пусть вода не идет, но человек увлечен своим занятием, можно сказать, полностью отдается работе…
Макс никак не мог угнаться за Купером, шел быстрым шагом, но на бег почему-то не переходил и все смотрел по сторонам, поражаясь странностям Мертвого Города. Складывалось такое впечатление, будто он полностью вымер, но местным жителям об этом не сообщили. Вот они и продолжали заниматься привычными им вещами. Изо дня в день, из года в год.