- В общем так, пацаны… Перед нами зона повышенной аномальной активности. Думаю, не нужно объяснять, что это такое. По пути в Ущелье мы потеряли здесь нашего человека, но составили карту аномалий. Теперь же, после Выброса, эта карта стала бесполезной. У меня нет желания лишиться еще кого-нибудь из своих людей, так что…
Было понятно, на что он намекает, но Кузьма решил, все-таки, уточнить:
- То есть, вы хотите, чтобы мы…- он запнулся.
Командир окинул ребят взглядом, сказал:
- Я вас вижу впервые и не знаю, кто вы и откуда. Я понятия не имею, как вам без снаряжения удалось пробраться в Темное Ущелье, и что вы вообще забыли в Зоне. Я знаю лишь, что такие, как вы, долго здесь не живут. Так что ваша смерть – это лишь вопрос времени. Возможно, вам повезет, и вы пройдете через «бутылочное горлышко». А если нет… Что ж, все мы смертны… Ничего личного, пацаны! Добровольцы есть?
Добровольцев не было. Все понимали, что случится, если угодить в аномалию. И хотя разум вопил: все это не правда, этого не может быть, это какой-то кошмарный сон… Но глаза говорили о другом.
- Тогда так…- глаза командира забегали по лицам пленников. Они в свою очередь, старались смотреть, куда угодно, только не на него. Никто не хотел стать «добровольцем».
- Пусть нытик идет!- подсказал кто-то из бойцов.
Глаза командира остановились на Пашке.
Тот качнул головой, потом затряс ею так, что она едва не оторвалась.
- Я… не… я…- забубнил он.
Стоявший позади Пашки боевик толкнул его в спину. Егоров чуть не растянулся на асфальте, его подхватил командир и тут же приставил к виску ствол автомата.
- У тебя не богатый выбор, приятель: или ты идешь, или я прострелю тебе башку. Выбирай!
- Вы ему хотя бы детектор дайте!- закричал «татарин».
- Самый умный, да?- наскочил на него один из бойцов.- Может, вместо него пойдешь?
Кузя обмяк и отступил назад.
- Все, шевели поршнями!- прикрикнул на Пашку командир.- Мы итак слишком много времени потеряли.
Пашка сделал шаг вперед на негнущихся ногах.
- Пашка, постой!- окликнул его Кузьма. Все уставились на него, подозревая, что он передумал, решил пойти вместо товарища. Смотрели на него с уважением, как на сумасшедшего. Но «татарин» не оправдал их ожиданий.- Ты хотя бы камней набери и кидай их перед собой!
Воспрянувший, было, духом Пашка скис, но согласно кивнул и принялся подбирать с обочины камешки.
Командир согласно кивнул и тихо сказал:
- Лучше, чем ничего. Вот только не все аномалии реагируют на неорганику.
Услышал ли его Пашка, неизвестно, скорее всего, нет. Он увлеченно собирал камни. Похоже, нашел способ отсрочить неизбежное. Но командир быстро раскусил его хитрость и пнул ногой:
- Хватит, а то с места не сдвинешься!
Пашка оглянулся, посмотрел на приятелей… Лицо у него было… Трудно слезы сдержать… Да и ребята провожали его с печалью в глазах. Он отвернулся и медленно зашаркал к «бутылочному горлышку».
- Про камни не забывай!- напомнил ему Кузя, когда он, словно зомби, прошел половину пути.
Пашка прислушался, бросил камень, и вдруг пространство перед ним искривилось, раздалось резкое шипение, а потом легкий взрыв. Егоров от неожиданности отшатнулся и присел на зад, тряся головой.
Сидел он долго. Наконец, командир не выдержал и крикнул:
- Контузило?
Пашка не ответил.
- Вставай и иди дальше!
Пашка не реагировал. Тогда командир поднял автомат и выпустил короткую очередь. Пули защелкали по асфальту в непосредственной близости от Егорова. Одна из них угодила в очередную аномалию и срикошетила обратно, пролетев рядом с ребятами. Они дружно повалились на землю.
Пашка очнулся, встал и пошел дальше. Теперь он бросал камни чуть ли не на каждом шагу. В большинстве случаев они улетали в пустоту. Но временами на их пути возникала та или иная аномалия, и снова раздавался хлопок или прямо из асфальта било пламя, оставляя после себя черное пятно. Пашка прилежно огибал опасные места, бросал камни и шел дальше. Ребята начали верить в то, что ему удастся пробраться через «бутылочное горлышко». Они оживились и, пользуясь невмешательством боевиков, подбадривали товарища и давали ему советы:
- Молодец, Пашок! Не спеши, осторожно! Держись ближе к скалам! Обходи ее слева, да-да, слева!
Пашка уже окончательно втянулся в самую теснину, теперь ему назад идти было дальше, чем вперед. И тут случилась беда. Можно сказать, на ровном месте. Егоров, как ему и советовали, брел вдоль левого склона. Как вдруг… Никто и не понял толком, что именно произошло. Со стороны это выглядело так, будто от скалы отделился искажающий пространство прозрачный шар, вытянулся каплей к Пашке, подхватил его, оторвав от земли, и втянул в скалу. Не всего целиком - снаружи осталась Пашкина голова. Она силилась закричать и открывала рот, но из него не доносилось ни звука. Глаза дико вращались, из носа текла кровь...