Хм…
Придется, значит, лезть на рожон.
Пристроив рюкзак у стены, Клинцов взял в руку пистолет, пригибаясь, сместился влево, обогнул развалины и тихо приблизился к углу дома. Осмотрелся.
До следующего хозяйства было рукой подать – дворы разделял лишь хлипкий, местами рухнувший дощатый забор. Водонапорная башня скрывалась за зарослями густого кустарника. Хотя и не факт, что, если Макс не видел снайпера, тот не видел свою цель. Но рискнуть стоило.
Прижавшись к земле, Клинцов медленно пополз к соседнему дому. Выстрел мог раздаться в любой момент, и Макс понимал, что в этом случае его уже ничто не спасет. Он ждал его, не теряя при этом надежды, и полз, постепенно сокращая расстояние до ближайшего укрытия.
Обогнув кусты, он снова замер и осмотрелся. До пролома в заборе оставалось метров пять. А потом еще примерно столько же до следующих зарослей по открытой местности.
Рискнуть?
Макс прикинул другие варианты. Увы, их не было.
Ему понадобилась пара минут на то, чтобы решиться. Несколько раз прокрутив в голове каждый шаг, Клинцов собрался, превратившись в тугую пружину, уперся ногами в землю, оттолкнулся и рванул вперед, через пролом.
Почти мгновенно раздался выстрел. Снайпер бил прицельно, но с легким запозданием – на это и был расчет. Пуля прошла мимо, однако очень близко. Секунду спустя прилетела следующая, и если бы Макс не вильнул в сторону, перед этим обозначив ложное направление, то его голова превратилась бы в ошметки костей и мозгов. Еще один рывок за кусты, и снова выстрел. На этот раз снайпер стрелял наугад, но был очень близок к достижению цели. А потом Клинцов скрылся за домом и рухнул на землю, тяжело дыша. Он пробежал лишь пятнадцать-двадцать метров, а такое впечатление, будто позади остался утомительный марш-бросок по пересеченной местности. Сердце бешено стучало, руки-ноги дрожали, адреналин зашкаливал.
А ведь дальше будет еще сложнее: чем ближе к башне, тем больше шансов быть замеченным стрелком. Да и потенциальный второй, прикрывающий снайпера, не давал покоя.
Макс осторожно выглянул из-за угла, не просматриваемого снайпером. От соседнего дома остались одни развалины, словно в него угодила авиационная бомба. То есть, добираться до следующего укрытия пришлось бы по открытой местности, если не считать отдельно растущие жиденькие кусты и остатки стен, служившие слабой защитой. А потом на пути появлялся еще и забор, как назло уцелевший в своем первозданном виде. Шансов преодолеть эти тридцать-сорок метров, а заодно и препятствие, были минимальными. Точнее, их не было вовсе.
Может, все же, дождаться темноты? Но если у стрелка есть прибор ночного видения, то это ничего не даст.
Тем не менее, Макс решил не лезть на рожон. Выждать, усыпить бдительность снайпера или, наоборот, заставить его нервничать. Но для начала не мешало бы взглянуть на него – до сих пор Клинцов лишь приблизительно представлял позицию стрелка и вероятный сектор обстрела. К сожалению, у него не было с собой никакой приспособы для скрытного наблюдения – даже примитивного зеркальца не было…
А что если пошарить в доме?
Окна были выбиты взрывом, хотя само здание почти не пострадало. Макс заглянул внутрь, а потом, отступив назад, прыгнул в окно, как на тренировке – нырнул в проем, перекатился по деревянному полу и встал на одно колено, приготовив пистолет для стрельбы.
В помещении было сумрачно, требовалось несколько секунд, чтобы привыкли глаза. Но прежде чем это случилось, откуда-то сбоку послышался шорох. Макс корпусом развернулся на звук и увидел человеческий силуэт в углу. Заглядывая в дом, он не заметил его из-за перевернутого стола. Человек был не только жив, но и целился в Клинцова из пистолета. Максу понадобилось все самообладание, чтобы не выстрелить первым. Возможно, это была ошибка, но и ответного выстрела не произошло.
- Ты кто?- слабым голосом спросил незнакомец. Слабость объяснялась раной в правом боку. Кровь пропитала наспех наложенные бинты. Мужчина лет сорока в армейских штанах и расстегнутой пятнистой куртке был бледен, он с трудом держал в руке «Беретту 92» одной из последних модификаций, ствол которой невольно нарезал круги по вертикали.
- Максим,- ответил парень, как будто это могло все объяснить.
Но, как ни странно, ответ вполне удовлетворил незнакомца, и он опустил, вернее, уронил руку с оружием. Похоже, это произошло бы в любом случае – рано или поздно. Сил у него оставалось немного.
- Один?- снова спросил мужчина.
Клинцов кивнул.
- Жаль…- поморщился незнакомец и добавил:- Значит, вдвоем умирать будем.
- Я как-то не спешу,- заверил его Макс.
- А ему все равно,- равнодушно ответил раненый. Язык у него заплетался, словно тот изрядно хлебнул спиртяки или… Макс глянул ему в глаза. Взгляд скользнул на пол и остановился на шприц-тюбике, лежавшем у бедра незнакомца. Понятно, вколол себе тримеперидин, известный более как промедол - сильное обезболивающее.