Но сам факт перемещения в новую локацию не мог порадовать. Судя по отсутствию окон, это по-прежнему было подземелье. Правда, какое-то другое. И первое, что бросалось в глаза, это наличие дверей как слева, так и справа. Некоторые из них имели небольшие окошки из толстого стекла. Прильнув к первому, Санька увидел помещение, заставленное каким-то оборудованием. У дальней стены возвышались прозрачные колбы, заполненные зеленоватой жидкостью, в которой обитали уродливые существа, словно вынырнувшие из самых жутких ночных кошмаров. Глушаков даже поморщился от отвращения, глядя на них:
- Гадость какая…
Подергав за ручку, он понял, что дверь заперта. Не то, чтобы ему хотелось войти внутрь, но проверить стоило.
Соседнее помещение было битком забито живыми мертвецами. Понять, что это именно они, было несложно – достаточно заглянуть им в глаза. Да и видок у них был не первой свежести. Особо примечательно было то, что одеты они в одинаковые наряды, похожие на тюремную робу.
Зэки что ли?
Те, кому посчастливилось пробиться к двери, увидели живого человека через окошко. По стеклу гулко ударила ладонь – Санька от неожиданности отскочил назад. Стекло выдержало и этот удар и последующие. Зомби затарабанили в дверь руками и ногами. К счастью, и эта дверь оказалась запертой. Наверно. Проверять Глушаков не стал, пошел дальше, озираясь по сторонам. То, что пропал Скунс, его мало волновало. Но лучше бы он исчез, оставив свое оружие. Без приличного ствола Санька чувствовал себя беспомощным.
За еще двумя дверьми с окошками никого и ничего не было – пустые помещения. Потом Саня повернул за угол, готовясь к новым чудесам. Но нет, на этот раз его никуда не перенесло. Такой же коридор с дверьми, похожими на предыдущие. Глушаков преодолел почти половину пути до следующего поворота, когда одна из дверей медленно открылась.
Саня замер, затаив дыхание. Из смежной комнаты могло выйти, что угодно.
А вышел Скунс.
Вышел, развернулся спиной к Саньку и, как-то неуклюже подволакивая ноги и таща автомат по полу, побрел по коридору.
- Гена?- позвал его Глушаков. Тот даже не вздрогнул, плелся дальше.- Гена… Скунс!
Никакой реакции.
Саня пошел следом за ним.
Снова Скунс исчез за поворотом, но на этот раз не пропал, а целеустремленно шагал к ярко светящемуся проему в конце коридора. Такое впечатление, словно там, за распахнутой дверью, находилась комната, в которой чистым белым светом горело солнце. Смотреть в ту сторону было трудно – слезились глаза. Но Саньку показалось, будто он видит человеческую фигуру, которая манила Скунса рукой.
Но… Человеческую ли? Было в ней что-то непривычное. То ли руки слишком длинные, то ли тело какое-то несуразное. Точно не понять и не разглядеть – только расплывчатые контуры. А еще от него исходила ощутимая опасность. Глушаков ни за что не стал бы к нему приближаться, а вот Скунс шел. Как обреченный телок на бойню.
- Гена, стой!- крикнул ему снова Саня. Однако вразумить незадачливого бандита было невозможно. Похоже, он не отдавал отчет своим поступкам и находился под гнетом ментального управления. Оттого и был похож на зомби, хотя пока еще и живого. Метрах в десяти от проема Скунс выронил автомат. Ему он теперь был ни к чему.
Зато пригодился бы Саньке. Однако идти за ним Глушаков не собирался. И вообще – нужно было уходить отсюда, пока еще не поздно. Но что-то удерживало его на месте. И он стоял, провожая взглядом Скунса, пока то не переступил черту и не растворился в белом свете.
И тут Санька почувствовал неладное. Сначала в голове стало тепло. Жар усиливался. Нечто подобное ему уже довелось испытать совсем недавно, хотя ощущения и нельзя было назвать абсолютно схожими. Но кто-то определенно пытался покопаться в его мозгах. Почему кто-то? То самое существо, стоящее у прохода невесть куда. Глушаков не видел, но чувствовал устремленный на него взгляд. А еще – острое желание сделать шаг вперед. Похоже, одного Скунса существу оказалось недостаточно.
Покачав головой, Санька развернулся, чтобы скрыться за углом. Но поворота как не бывало. Перед ним раскинулся прямой, как стрела и бесконечный, как этот кошмар, коридор. Санька побежал. Ноги наливались свинцом, и каждый новый шаг давался все труднее. Но он бежал, справедливо полагая, что, если остановится, тут ему и конец придет. Взгляд существа сверлил его затылок – чтобы это понять, не нужно было оборачиваться. И все же он обернулся. По ощущениям Саня пробежал метров пятьдесят, но на самом деле светящийся прямоугольник остался там же, где и был раньше. Правда, никакой фигуры не было видно. Зато из залитой ярким светом комнаты наружу пробивались щупальца, с каждой секундой становившиеся все длиннее.