Я пожал плечами:
– Хотя бы по той причине, что сотрудники имеют отношение к пропаже людей.
– Антон, мне кажется, это перебор. Те сотрудники на хорошем счету, ведь не зря их перевели в центральное управление.
– Но согласись, что определенная логика в моих словах есть?
– Есть.
– Тогда что нам мешает запросить дополнительную экспертизу по тем случаям?
– Тела потеряшек уже захоронены. Чтобы проводить дополнительную экспертизу нужно запрашивать эксгумацию тел. А у нас это делается не очень быстро. Вот прям совсем не быстро, и к тому же, если нам дадут на это добро, родственники потеряшек это не оценят. Поднимется общественный резонанс. А у нас команда сверху – работать осторожно, чтобы по Союзу не пошла волна паники.
– Тогда обойдемся без эксгумации. Для начала поговорим с теми сотрудниками и опросим судмедэксперта.
– Если ты так уверен, то давай попробуем, – Полина пожала плечами. – Есть у меня кое-какие завязки в отделе кадров центрального управления, постараюсь узнать, куда их перевили.
И тут я подумал, что самое время поговорить с Полиной насчет моей ксивы.
– А у тебя с кадровиком хорошие завязки в отделе кадров? – спросил я.
– Учились вместе, – туманно ответила Полина. – А что?
– Не помню, где мое удостоверение. Может, его как-то можно по-тихому восстановить? Только никому не говори, это между нами.
– Вопрос серьезный, – Полина сдвинула брови. – Дома смотрел?
– Смотрел, нигде нет. Еще и паспорт не могу найти.
– Ну, с паспортом это ты сам разбирайся, а вот насчет удостоверения постараюсь узнать.
– Спасибо, выручила.
– Рано спасибо говорить, еще ничего не ясно.
Мой затылок напомнил о себе ноющей болью. Я прикоснулся к нему рукой и зажмурился.
– Ты чего? – спросила Полина.
– Голова болит.
– Вот, держи, – спустя миг выудила из сумки пластинку с таблетками и протянула мне.
Выщелкнул колесико, и понял, что оно слишком больше, чтобы проглотить его без воды.
Мы заехали за ситро и пирожками с картошкой, и я наконец-то запил таблетку, а потом принялся за скромный обед.
Проспект стоял в пробке. Пожалуй, это единственное, что роднило эту Москву с моей. Спустя час мы наконец-то спустились на станцию метро, она была уже закрыта и поэтому мы оказались на безлюдной платформе. Разве что, на ней стояло несколько сотрудников транспортной милиции, трое человек из бригады скорой помощи и рядом с ними какой-то усатый мужчина в синей форме сотрудника метрополитена, и как только мы появились в поле его зрения, двинулся к нам навстречу.
Как сказала мне Полина, в метрополитене было ЧП – из-за потеряшки пришлось остановить всю линию, ведь труп до сих пор лежал в тоннеле.
– Надеюсь вы те, кого мы ждем! – сказал мужчина издалека.
Полина предъявила ему удостоверение:
– Комитет Государственной Безопасности.
– Кислов Виктор Михайлович, начстанции, – представился тот. – Пойдемте скорее в тоннель! А то вся линия стоит, это же ЧП всесоюзного масштаба! Надо как можно быстрее запустить поезда!
Он повел нас в конец перрона, потом мы миновали решетчатую дверь, которая не пускала в тоннель любопытных граждан, и спустились по железной лесенке на шпалы. Мужчина включил фонарь и дал жест идти за ним вглубь тоннеля. Пахло сыростью и резиной.
– Ваш человек уже там, – сказал он.
– Где тело? – спросила Полина.
– Оно на шпалах… на пятисотом метре… Хорошо, что недалеко от станции, скорость поезда тут не такая высокая. Машинисту пришлось экстренно тормозить и только благодаря опыту не проехал по телу. Что за день, что за день, – запричитал Кислов. – Нам еще за пассажиров отвечать придется, несколько человек упали во время торможения. Бабушка сломала руку.
– Я видел на перроне камеры. Нам нужны копии записей, – сказал я начстанции и переглянулся с Полиной.
– Хорошо, я распоряжусь, чтобы вам сделали копии, – ответил Кислов.
– Скажите, как сюда могло попасть тело? – спросила Полина.
Начстанции усмехнулся:
– Это вы мне скажите.
– Вы лучше знаете тоннель. Возможно ли спустить сюда тело окольными путями, минуя перрон?
– Теоретически можно, но нужно знать план коммуникаций, да и все ходы закрыты на замок. Так что я не думаю, что сюда имел дост… – Кислов осекся, и прикусил язык.
– Продолжайте, – сказал я.
Тот промокнул платком лоб и продолжил:
– Так что я не думаю, что сюда имел доступ посторонний.
– Нам будет нужен списки всех сотрудников, работающих на станции.