— Сам уткнись!
— Ей-богу, я тебе влещу когда-нибудь, — не выдержал он, повернувшись к девушке и кисло поморщившись.
— Ты с ней поосторожнее, — улыбнулась Джинни, откинувшись на спинку стула. — Она под пижаму иногда трусики не надевает — страшный человек. Оторва.
— Господи, я просто кончил от этой информации, — поднялся БиАй, отводя глаза от Дохи и возвращая их к Хёне. — Я надеюсь, ты придёшь на игру, малышка? — Девушка едва не задохнулась, услышав это обращение. Ком в горле не позволил ей заговорить, и она просто кивнула. Ханбин изящно отчалил, спортивной припрыжкой спустившись по ступенькам. Джинни недоумевающе подняла руки возле головы.
— Да что с ним?! Я сплю?
— Не знаю, — со спертым дыханием, влюблено посмотрела ему вслед Хёна.
— А вообще бывало раньше, чтобы он повторялся и шёл по второму кругу? — подперла подбородок Дохи. — Или на наших глазах рождается прецедент?
— Не знаю, — повторила Хёна. Джинни пихнула её в бок.
— Прекрати! Не поддавайся! Он же опять поматросит — и бросит! — На мгновение глаза Хёны отчетливо сказали «ну и пускай!», но пелена тотчас спала и она, проморгавшись, пришла в себя, отпустив отголоски «малышки».
— Мне вот больше интересно, как Бобби будет играть?
— А что с ним? — спросила сразу же Джинни, не удержав интереса к тому, что отнеслось к Чживону.
— Вас же не было на той тренировке! — щелкнула пальцами Хёна. — Ну, у него грудь и плечо перевязаны, он едва руку поднимал… — Джинни не услышала дальше. Она вспомнила, что не видела его с тех пор, как он вернулся после трёх дней прогула ни в чем, кроме как в водолазке, а она скрывала находящееся под ней. Итак, помимо битой морды у него были и другие травмы? Это уж точно не тренировка боевых искусств. Она представила, как Бобби будет превозмогать боль, чтобы не подвести команду, и у неё в груди разлилась неприятная горечь, она сковывала и терзала.
— Может, он откажется от игры? — предположила она.
— Ходил бы он тогда на разминки? — резонно заметила Хёна.
Джинни вышла из университета, посмотрев на небо, затянувшееся облаками. Бобби глядел на неё в столовой, но не подошёл. Вёл себя странно тихо и пассивно. Хорошо, если всё так и останется, и она спокойно дождётся возвращения Юнги. Спустившись по лестнице к площадке перед зданием университета, девушка услышала рёв глушителя и, успев подумать, что БиАй опять собрался давить пешеходов, обнаружила не машину, а мотоцикл. Неплохой серебристый байк с черными полосами по бокам. И на нём восседал Чживон. Джинни не успела изучить мотоциклиста вместе с его транспортом издалека, как он уже был под её носом. Нажав на тормоза, Бобби опустил ногу для упора.
— Подвезти?
— Не стоит, — натянуто улыбнулась студентка, разглядывая его плечи, но через черную куртку было бесполезно пытаться угадать, насколько всё плохо с его травмами. — Так это и есть твой конь?
— Ну да, у меня двуногий, — потёр рукавом перед собой панель парень. — Быстрее, удобнее…
— Опаснее, — закончила Джинни.
— А что плохого в опасности? — Бобби посмотрел своими глазами-линиями вдаль. — Угроза жизни? Я не боюсь смерти. Я не знаю, что будет после неё, а она — всего лишь миг, неосознаваемый, неощутимый.
— В смерти страшно не то, что случится с тобой, — Джинни вдруг осенило. Мотоцикл, ссадины. Он попал в аварию! Боже, ведь это всё объясняло! Он ни с кем не дрался, он всего лишь влетел куда-то на мотоцикле. Судя по лицу — без шлема. Дурак, как можно так носиться? — В смерти страшно то, что ты оставишь после себя.
— Что например? — нахмурил брови Чживон, повернувшись к Джинни.
— Близких людей, которые будут страдать без тебя. — Бобби улыбнулся. Опустил лицо к панели и, повозившись на ней без какого-либо умысла, хмыкнул.
— Вот я и говорю — не боюсь смерти… — девушка не сразу поняла смысл его фразы, но потом до неё стало доходить. У него нет близких людей. Ему некого оставить, он один, совершенно одинокий, поэтому безрассудный и предоставленный самому себе. Когда ты никому не нужен и одиночество угнетает ежедневно, неужели жизни начинаешь бояться больше смерти? Бобби посмотрел на Джинни. — Моё первое желание было проигнорировано, да?
— Я же ясно дала понять…
— Что тебя уже потёрли? — процитировал парень. — Значит, ты уже не невинная девочка…
— Это тебя не касается!
— Разумеется. Мне на самом деле всё равно, спала ты уже с кем-то или нет. — Джинни залилась краской. — Я прошу дать мне свидание, чтобы ты поняла, хочешь ли ты спать со мной.
— Я и так знаю, что не хочу!