— Это каким боком? — нахмурилась она, вставая.
— Да просто подумал… — Девушка выбралась из постели и стала застилать её, повернувшись к Чживону спиной. — К чему ещё можно написать «сахар» почти на вагине? — Одеяло выпало из рук Джинни. Залившись краской, она затряслась. Что… что он сказал? Алая, как спелый томат, она обернулась через плечо.
— Т-ты… ты видел? — Бобби беззаботно кивнул, скорчив невинную мину. — Мы… ты… что произошло ночью?
— Ничего, — пожал он плечами.
— Тогда какого черта ты лазил мне в трусы?! — Джинни было стыдно даже не за это. Бог с ними, с трусами! Выходит, это он раздел её! И видел облупившийся лак на ногтях пальцев ног, небритые неделю ноги и всё остальное. Вашу мать! Вот так всегда попадают под обзор парню, которого хотят? Проклятье Бриджет Джонс настигло её. — Ты меня изнасиловал? — попыталась перейти на роль жертвы Джинни, чтобы не было так горько и унизительно.
— Между нами ничего не было. Прости.
— Засунь себе извинение в жопу!
— Скажи спасибо, что я не попробовал «сахар» на вкус. Признаться, соблазн изведать, действительно там сладко или нет, был. — Джинни готова была заплакать. Как надо было налакаться, чтобы тебя вертели, как хотели! — Так, ты скажешь, почему ты написала именно это и именно там? Это ведь свежее тату, я прав?
— Да, недавно сделала, — проворчала девушка. — Шуга — прозвище Юнги…
— Как знал, что не стоит облизывать, — ехидно расплылся Бобби. — А почему не написала «Юнги»? Потому что сахар, если что, применимо к любому другому?
— Да пошёл ты! — наклонившись за подушкой, Джинни вытащила её из-под застланного только что одеяла и швырнула в Чживона. Он налету поймал её свободной рукой и положил спокойно на стул.
— А не хочешь сделать ещё одно тату?
— Наколоть «Бобби» на копчике? — с издевкой выставила руки в бока девушка.
— Зачем прям так? Я же не БиАй, ему бы твоя идея, только с его именем, понравилась бы. — Допив чай, он отставил чашку. — По другую сторону, напротив «сахара», напиши «перец».
— И что это будет значить? — найдя свой телефон, убрала его в карман Джинни и стала проверять, ничего ли не забыла? Вещи на ней, сумочка тут, мобильный теперь тоже.
— Меня.
— Тебя у меня «там» не будет. Там только сахарят.
— А я бы и поперчил…
— Перчилка отвалится, — поправив волосы, Джинни открыла дверь и, махнув рукой, вышла.
Другой перец
Если бы возможно было не пойти на следующий день в университет, Джинни никогда бы не пошла, и растянула бы своё отсутствие на неделю, две, три, коли понадобится, а лучше просто до того момента, когда вернётся Юнги. Или забудется стыд от того, что Бобби видел её голой. Как он посмел? Но уговаривая себя, что в данном случае плохо поступил он, а не она, и её честь не затронута — она перед ним не раздевалась! — девушка всё-таки пришла на учебу, стараясь перемещаться вдоль стен, сливаться с ними, если понадобится, и пригибаться, чтобы не выделяться из толпы.
— Прости, что вчера так получилось, — с виноватыми глазами произнесла Дохи, когда Джинни присела к ней. — Я, правда, не хотела тебя сталкивать с ним, и тем более, чтобы тебя кто-нибудь видел в таком состоянии, но Бобби услышал, что ты мне позвонила… он ведь ничего с тобой не сделал?
— Надеюсь, что нет, — насуплено замерла студентка, забыв, что надо открыть сумку и подготовиться к лекции. Парализованная воображением картины, где Чживон стягивает с неё нижнее бельё, она уподобилась на миг филину.
— В смысле, ты не уверена?
— Он узнал о моей татуировке! Как ты думаешь — как?! — Дохи покраснела, вспомнив, где подруга её сделала.
— Клянусь, я ему не говорила!
— Лучше бы это ты ему сказала, чем он лапал меня, пока я была в отключке!
— Я была уверена, что он к тебе не полезет, — погрустнела Дохи. — Он же не такой…
— Не такой? Это говорит та, которую он поимел и бросил? — К ним присоединилась Хёна, и Джинни постаралась больше не выражаться так однозначно и нелицеприятно. — И вообще, почему он услышал? Что вы опять делали вместе?
— Поёбывались, — буркнула Дохи и отвернулась.
— С Бобби? — уточнила Хёна, прослушав начало разговора.
— Нет, с Дженсеном Эклсом, у меня же столько вариантов! — взмахнула руками подруга.
— Ещё одна членозависимая появилась, — обозвалась Джинни, застучав пальцами по парте.
— Да что произошло? — недоумевала опоздавшая к зарождению беседы.