– Сынок, ты должен, обязан сделать эту девочку счастливой. Ведь у неё теперь, кроме тебя, бабушки и дяди, никого нет. Но и бабушка не вечна, а у дяди – своя большая семья. Ася точно так же, как и Сабина остаётся за тобой, сынок. Ты ведь всё хорошо обдумал? Ты её действительно любишь?
Я же, опустив глаза, молча кивнул, хотя этот разговор казался мне таким же неуместным, как музыка на похоронах. А мама, притянув мою голову к себе, поцеловала, как бывало в детстве, в макушку и долго гладила рукой жёсткие непослушные волосы.
– Эльдарик мой, Эльдар… Вот и ты у меня мужчиной стал, жених, совсем уже взрослый. А я, глупая, этого даже не заметила. Закончишь учёбу – и сразу женитесь, не откладывайте с Асей свадьбу. И она к тому времени будет курсом постарше. Живите вместе, втроём, пока Сабиночка замуж не выйдет.
– Мама, прошу тебя, не надо! Ты и сама будешь с нами, ты поправишься и всё увидишь сама: и мою свадьбу, и Сабинину.
– Я врач, сынок, и всё про себя знаю. Дни с точностью угадать не могу, но совсем скоро меня уже не будет. Я хочу, чтобы ты, как мужчина, был готов к этому. Чтобы не растерялся и девочек наших поддержал. А невесте твоей я кольцо своё сегодня надела. То, которое от бабушки. Хоть это успела сделать – спасибо тебе, сынок. Я ведь и не знала, что у тебя уже есть любимая. И уж тем более не думала, что это наша Аська. И я так рада этому, так рада, сынок… Болела моя душа, думала, так и не увижу твою избранницу. Спасибо, родной. Теперь я могу уйти спокойно.
Ещё за день до смерти обречённой матери, слыша эти печальные слова, я чувствовал, как холодеет моё сердце, но никак не ожидал, что всё случится так скоро. Но уже на утро следующего дня её не стало.
Глава 12
Эта смерть потрясла меня особенно сильно. Все дни после похорон я сидел отрешённый и ни с кем не разговаривал, и у Сабины, как она ни старалась, не получилось отвлечь меня от полного ухода в себя, в свои грустные мысли. Всё время хотелось молчать и лишь изредка односложно отвечать на вопросы.
Я уехал через полтора месяца после похорон, на вокзале провожаемый заплаканными сестрой и невестой в чёрных платках. Обе переживали за меня: даже тогда, спустя сорок пять дней после смерти мамы я так и не пришёл в себя. Словно окаменела, застыла в моей душе эта боль.
Первой попрощалась Сабина и, заплакав, отошла в сторону. Я молча смотрел на Асю, а она, изо всех сил стараясь сдерживать слёзы, просила поберечь себя, держаться. Напоминала в который раз, что мама не хотела бы видеть меня таким убитым.
Говорят, что мужчины не плачут, но моя натура не выдержала: всё же пролилась скупая слеза. Первая слеза, которую Ася увидела в глазах за всё время этой тяжёлой потери.
– Эльдар, не надо, мой родной, – только и сказала она. – Ты же сам говорил, слёзы – плохая примета.
Это была наша последняя встреча. Через некоторое время Сабину забрала к себе в Нальчик тётя, сестра матери. Квартиру и дачу вначале сдали квартирантам, а потом продали, ведь тётка жила небогато, а Сабине надо было продолжать учёбу и на что-то жить. Впрочем, проблем с продажей жилья не возникло – квартира была просторной, с хорошей планировкой, к тому же, находилась в самом центре города, а потому её выгодно выкупил состоятельный сосед из нашего подъезда.
Истратив небольшую сумму вырученных денег на всякие расходы сестры, тётя отложила остальные деньги в двух равных долях – мало ли какие расходы предстоят в будущем осиротевшим племянникам, ещё не вставшим на ноги. Она надеялась, что сумеет потом купить хоть какое-то жильё для меня и справить скромное приданное к свадьбе Сабины.
После её отъезда в Нальчик Асе я звонил нечасто, переговоры у нас случались всё реже и реже. Смерть матери коренным образом изменила меня. Сам замечал, что стал холодным и безразличным ко всему. Но она, понимая мои переживания, терпеливо сносила молчание, разговоры ни о чём, порой даже беспричинное раздражение. Я не говорил любимой тех слов, что раньше, и только в ответ на Асины робкие вопросы о моём отношении к ней односложно отвечал, что всё между нами осталось по-прежнему.
Ася наверняка опять считала дни календаря: я заканчивал второй год обучения в аспирантуре и летом должен был приехать на каникулы. Мы не виделись ровно год: на зимние каникулы после очередного семестра приехать не смог, но по телефону мы связывались регулярно, хоть не очень часто. В общем, было решено, что сначала я приеду к Асе, а уже потом навещу в Нальчике сестру. На прощание моя девочка, смущаясь, передала слова бабушки: «Пусть Эльдар не жалеет о проданном жилье. Да и зачем жалеть, если наша квартира у вас с ним есть. Хороший парень тебе достался: любит, серьёзный, в аспирантуре учится. Мы хоть сейчас готовы скромную свадьбу сыграть. А когда поженитесь, и вправду, живите здесь на здоровье, я мешать вам не буду, к сыну жить уйду. Потом, если позовёте, вернусь за малышами присматривать».