— Ты был в скаутах?
— Примерно десять минут. Пока не закончились закуски.
Она закатила глаза.
— Конечно. У меня есть ещё одно условие.
— Назови его.
— Ты принимаешь предложение участвовать в Горячем хаосе.
Я наклонил голову.
— Ты правда так хочешь от меня избавиться, да?
— Я просто хочу, чтобы ты был там, где тебе место, Джанни. Ты же знаешь, что не останешься здесь, так зачем всё затягивать? Ты сделал то, что должен был сделать — открыл Этуаль. Разжёг огонь. Теперь, когда он горит, ты свободен. Нет причин оставаться, верно? — В её тоне звучал вызов, словно она хотела, чтобы я поспорил.
— Наверное, нет.
— Тогда уезжай.
Я кивнул, хотя что-то в этом казалось неправильным.
— Хорошо. Я уеду.
— Отлично. Тогда я приму твои извинения. — Она оглянулась через плечо. — Я должна вернуться. Буду наверху к первому ужину.
— Хорошо.
И тут она удивила меня, взяв у меня из рук розы и M&M’s.
— Я думал, дружбу нельзя купить, — сказал я.
Она прижала их к груди.
— Мы не друзья. — Затем она повернулась и ушла, оставив меня с улыбкой на лице.
И болью в груди.
Глава 16
ЭЛЛИ
Позже той ночью, когда я закончила в Этуаль, я встретилась с Винни на кухне — на нашей семейной кухне, а не в ресторане, где Джанни всё ещё закрывал смену. Я была вымотана, но пообещала Винни, что мы выпьем бокал вина, чтобы я могла рассказать ей все подробности последних двух дней.
Я открыла бутылку вина, налила два бокала и выложила лёгкие закуски на поднос — сыр, крекеры, орехи, сухофрукты, оливки. Это напомнило мне, как мы сидели на кровати с Джанни, между нами лежала куча закусок из заправки. Определённо менее изысканно, но не менее вкусно в тот момент. Я вспомнила его идею о дегустации с хорошим вином и недорогими закусками — она мне всё ещё нравилась. Может, добавлю это в летнюю программу мероприятий.
Когда я ставила поднос на мраморный кухонный остров, услышала стук в заднюю дверь, которую оставила незапертой для Винни. Дверь открылась.
— Ты здесь? — позвала она.
— Я здесь. Заходи. — Я принесла два бокала вина к острову, села на один из высоких стульев у стойки и сбросила балетки. — Как дороги?
— Не так уж плохо. Декс даже дал мне самой вести. — Она сняла сапоги, бросила пальто на спинку стула и села рядом. После работы она переоделась в джинсы и голубой свитер с высоким воротником, который подчёркивал цвет её глаз. Этот оттенок подошёл бы и Джанни, хотя его глаза были темнее. — Но я должна написать ему, когда поеду домой, хотя он уже спит.
— Завтра работает? — Декс был пожарным и работал посменно, по двадцать четыре часа, начиная с семи утра.
— Да. Так что я не тороплюсь домой, раз он уже ушёл спать. – Её глаза весело блеснули над краем бокала, пока она делала глоток. — Рассказывай всё. Длинную версию.
Я начала с ужасного ужина у Фионы Дафф — как все обращали внимание на Джанни, как мне было сложно привлечь хоть немного внимания, и о том, как в конце вечера Фиона сделала ему предложение.
Винни застыла с оливкой в руке на полпути ко рту.
— Не может быть. Она предложила это ему?
— Не только место, но и обложку. — Я сунула в рот сушёный абрикос. — Я уже была в машине, так что не слышала этого, иначе бы, наверное, умерла прямо там.
— Значит, он рассказал тебе об этом, когда вышел?
— Нет. Подождал, пока мы не переспим, конечно. Наверное, почувствовал вину или что-то в этом роде.
— Ладно, вернись назад. — Винни потянулась за ещё одной оливкой. — Мне нужно знать, как всё началось. Когда вы уехали отсюда в понедельник, ты клялась, что не ляжешь с ним, даже если он будет последним мужчиной на земле.
— И я это имела в виду. — Я нахмурилась. — Наверное, это была метель. Мне кажется, я сошла с ума.
Её глаза широко распахнулись, пока я рассказывала, как мы съехали с дороги, нашли мотель Пайнвью и обнаружили, что в нашей комнате была только одна кровать.
Винни улыбнулась.
— Ты, должно быть, чуть не умерла. Хотела бы я видеть твоё лицо.
— Мне это совсем не понравилось, — сказала я, теперь уже смеясь.— Мы стояли и смотрели на неё, а дивана или чего-то подобного для одного из нас не было. Нам пришлось делить кровать.