— Извините, — сказал я. –— Можно воспользоваться туалетом? У вас есть какой-нибудь для пап?
Бет рассмеялась.
— Можете воспользоваться тем, что в коридоре слева.
Я сказал Элли, что скоро вернусь, и вышел из комнаты. В ванной я плеснул холодной водой в лицо и посмотрел на себя в маленькое зеркало над раковиной. Я едва узнавал себя.
Но я знал три вещи.
Я стану отцом.
Я стану хорошим отцом.
Я сделаю всё возможное, чтобы наладить отношения между мной и Элли.
Я всегда доверял своим инстинктам, которые обычно подсказывали мне, когда пора двигаться дальше, рисковать, гнаться за новым адреналином. Но сегодня, услышав это сердцебиение, увидев эти крошечные ножки и заглянув в карие глаза Элли, мой инстинкт не сказал мне бежать.
Он сказал мне остаться.

Я не спал всю ночь. Просто лежал в темноте, пока звук сердцебиения малыша не зациклился у меня в голове, с каждым маленьким ударом подтверждая, что я должен делать.
Но как мне убедить Элли дать мне шанс?
На следующее утро я отправился к Винни. Постучав в её открытую дверь, я заглянул внутрь.
— Привет. У тебя есть минутка?
— О, Джанни. — Она посмотрела на телефон. — Конечно. У меня встреча с парой в десять, но сейчас немного времени есть. Садись.
Я сел напротив неё.
— Я только что занёс Элли пару булочек из пекарни твоей мамы.
Винни рассмеялась.
— Если мы продолжим в том же духе, мы её этими булочками засыплем.
— Она говорит, что это одно из немногих блюд, которые ей сейчас вкусны, так что мне не сложно заезжать за ними по пути на работу.
— Это мило с твоей стороны. Я перестану их приносить, чтобы у неё все хорошие ассоциации были связаны с тобой.
— Спасибо. — Я замялся. — Собственно, я как раз хотел спросить тебя об этом.
— Да?
Моя нога начала нервно подрагивать – старая привычка.
— Элли меня ненавидит, — вырвалось у меня. — Есть хоть какой-то способ это изменить?
— Я не думаю, что она тебя ненавидит, Джанни, — осторожно сказала Винни. — Мне кажется, её чувства сложнее.
—– Вчера было УЗИ, и это просто... — Я попытался подобрать слова, чтобы описать свои эмоции. — Это сильно на меня подействовало.
— Элли сказала, что всё прошло хорошо.
— Всё прошло отлично. С малышом всё в порядке.—– Я не смог сдержать улыбку. — Мы услышали сердцебиение.
— Это невероятно.
— Да, так и было. Это заставило меня почувствовать себя ближе к Элли, она даже позволила мне держать её за руку, но как только всё закончилось, она снова стала такой далёкой. На обратной дороге она почти ничего не сказала. — Закрыв глаза, я тяжело вздохнул. — Я знаю, что дал ей массу причин сомневаться в том, что могу быть для неё хорошим, но я действительно хочу попробовать.—– Я открыл глаза и посмотрел на Винни с отчаянием. — Ты знаешь её лучше всех. Может, ты подскажешь, что сделать, чтобы она начала меня хотя бы немного любить?
Винни мягко рассмеялась.
— Ну, булочки – это хороший шаг. И то, что ты пошёл с ней к врачу, тоже. Я знаю, для неё это много значит.
— Значит? Она так сказала?
— Она это сказала, — осторожно ответила Винни. — Но она нервничает, Джанни. Именно поэтому она не говорит многого.
— Из-за чего?
Винни оглянулась на дверь, затем встала и закрыла её.
— Ладно, если я с тобой об этом поговорю, это должно остаться между нами.
— Клянусь.
— Я серьёзно, Джанни. Если ты предашь это доверие или используешь информацию, чтобы причинить ей боль, я тебя никогда не прощу.
Я поднял ладони вверх.
— Даю слово. Пожалуйста, поговори со мной. И если ты скажешь, что ей будет лучше без меня, и что я должен оставить её в покое, я это сделаю.
Винни снова села и внимательно на меня посмотрела, словно всё ещё сомневалась, можно ли мне доверять.
— Я не думаю, что ей будет лучше без тебя, но она боится, что её ранят.
— Я?
— Да. — Её голос стал мягче. — У неё есть чувства к тебе, Джанни.
— Но у меня тоже есть чувства к ней! — воскликнул я. — С тех самых дней в мотеле я не могу перестать о ней думать. Я хочу быть с ней, но она постоянно отталкивает меня. — Не в силах сидеть спокойно, я вскочил на ноги. — Скажи мне, что сказать, чтобы убедить её впустить меня.
— На этом этапе я не думаю, что она поверит словам, — сказала Винни. — Ты должен быть терпеливым и показать ей, что действительно хочешь быть с ней, а не просто потому, что она беременна.
— Я хочу это сделать, — сказал я. — Но она не даёт мне шанса. Я предложил отказаться от участия в шоу, чтобы не уезжать на десять недель, но она настаивает, чтобы я всё равно поехал.