- Миссис Уизли, успокойтесь, – рявкнул Северус, – ваши вопли не смогут освободить вашего недоумка, а меня из себя вывести – вполне. Ты же не хочешь видеть меня в гневе, правда, Молли?
Она икнула и молча села рядом с мужем. Артур вообще молчал, как только он заметил разгорающееся темное пламя гнева в глазах зельевара, то сразу тихо сел в уголке. Он и так всегда побаивался Снейпа, а уж видеть его разозленным не имел ни малейшего желания. Дамблдор понимал, что ему придется самому разбираться с этими проблемами. Кто же мог подумать, что попытка подчинить Поттера обернется таким неприятным образом.
- Гарри, мой мальчик, – начал Дамблдор елейным голоском.
- Господин директор, мы не в борделе, а я не ваш. Будьте так любезны обращаться ко мне, как положено, – перебил его Поттер, его просто коробило директорское «мой мальчик» до зубовного скрежета.
- Ч-что? – опешил Дамблдор, но быстро взяв себя в руки начал заново. – Мистер Поттер, как вы объясните то, что вы сделали с Роном Уизли?
- Я с ним ничего не сделал. Сегодня на завтраке я предложил тому, кто на меня напал, дуэль. Вы сами мне давали слово. Никто не отозвался, поэтому на обеде я произнес одно очень простое заклинание, которое решает судьбу труса. Если бы Рон принял утром мой вызов – ничего этого бы не было, а так…
- Какое именно заклинание? – спросил Артур.
- «Quaero et poena»*, – ответил Гарри с невинной улыбочкой. Он прекрасно знал, что против этого заклинания бессилен любой маг. Это не проклятие и не чары, которые при желании можно разрушить. Это приговор от Магии.
Дамблдор схватился за голову – этот мелкий засранец сделал так, что даже он бессилен. Сделать ничего было нельзя, теперь нужно как-то втолковать это Молли. А эта женщина слышит только то, что хочет.
- И что же ты теперь намерен делать? – спросил директор, глядя на поганца с затаенной злобой.
- Я – ничего. Только от самого Рона зависит, как долго он будет ходить в рабском ошейнике. Стоит ему осознать и исправить сделанное, он тут же будет свободен, – как малым детям, втолковывал Гарри.
- Ронни, сынок, извинись перед мистером Поттером и все наладится, – запричитала Молли.
- Я вам поражаюсь, – вступил Северус, – ваш «Ронни» проломил голову Поттеру и напоил его не самым светлым зельем, а вы думаете, что он просто должен попросить прощения?
Северус ненавидел глупость, жадность и лицемерие. В Молли Уизли все эти качества наличествовали, поэтому Снейпу было сложно просто находиться с ней рядом, а уж терпеть ее недалекие идеи было вообще выше его сил.
- Какое зелье? Про это и речи не было, и вообще, это еще доказать нужно. Мой сыночек, конечно, не ангел и мог ударить, но напоить человека зельем…
- Ох, да замолчи ты! Поттер, прикажите своему рабу рассказать и покончим на этом. Времени нет совсем, а мне еще вашего питомца где-то устраивать нужно, – Северус из последних сил держал себя в руках.
- Рон, – начал Гарри, выстраивая вопрос так, чтобы нельзя было подкопаться, – расскажи про нападение на меня.
- Я следил за вами, хозяин, и в безлюдном коридоре подбежал сзади и ударил битой для квиддича по голове. Когда вы упали, я напоил вас каким-то зельем, – Рон изо всех сил пытался молчать, но приказ хозяина не давал ему никакой свободы действий.
- Рон, а где ты взял зелье? – спросил Гарри, наблюдая за резко побледневшим директором.
- Я не помню, – ответил Рон, внутренне радуясь этому факту.
Дамблдор выдохнул, все-таки не зря он подстраховался и подтер воспоминания. Уизли помнил приказ, но не знал, кто его отдал. Конечно, со временем придется все это исправлять, но хотя бы не сейчас.
- Северус, забирай мальчиков и идите, устраивайтесь, а я здесь как-нибудь сам, – заворковал директор, в душе радуясь отсрочке неизбежного.
Северус и Гарри отправились в подземелья, Рон шел следом, в душе, конечно, сопротивляясь, но безуспешно. Они быстро добрались до двери в покои Северуса, и Гарри приказал Рону ждать перед дверью. Заводить этого придурка в личное пространство не было желания ни у одного, ни у другого.
- Гарри, – сразу начал разговор Северус, – тебе что, скучно живется? Зачем тебе эта тягомотина?
- Сев, – Гарри подошел к креслу, на котором успел расположиться Снейп, и сел на подлокотник, – ты же понимаешь, что не наказать я не мог, от дуэли он отказался, а это был самый простой вариант из возможных. Не переживай, я все улажу, ты только комнату мне выдели. Хорошо?
- Куда ж я денусь, – вздохнул Северус, прижимая к себе Гарри, – ты из меня веревки вьешь.
- Ну хоть кто-то же должен, ты, вон, чуть миссис Уизли не сожрал сегодня. Я у тебя для равновесия, – улыбался Гарри.
- А ты у меня? – заглянул в зеленющие глаза Северус.
- У тебя, не отделаешься теперь. Вот выделишь комнату, я размещу Рона и приду к тебе спать. Не выгонишь?
- Не выгоню. Давай поторопимся, рядом с моими комнатами есть пустующие. Там две комнаты, одна из которых соединяется с моей кладовой ингредиентов. Первую отдашь Уизли, а через вторую будешь приходить ко мне. Спать рядом с ним я тебе не позволю.
Северус вызвал домовиков и быстро раздал указания. Через полчаса все было готово. Гарри вышел из комнат Снейпа и застал Рона точно в том месте, где и оставил. Он стоял, слегка дрожа – все-таки в коридорах подземелья всегда прохладно – но ни единым жестом не выдал своего недовольства. Гарри провел его в выделенную комнату и усадил на стул. Комната была небольшая, но теплая, а главное, в ней было все необходимое. Кровать, рабочий стол, шкаф для вещей и небольшой камин. Расторопные домовики уже перенесли все вещи Рона вместе с сундуком.
- Слушай внимательно и запоминай. В комнате должен быть постоянный порядок, никаких разбросанных вещей, перьев, пергаментов и учебников. Ты должен выглядеть опрятно и чисто, – Гарри хорошо помнил, какой свиньей может быть Рон, поэтому правила устанавливал сразу, – твои уроки должны быть сделаны вовремя и качественно. Я не позволю тебе меня позорить. Я запрещаю тебе общаться с кем бы то ни было с твоего факультета. С завтрашнего дня ты будешь посещать занятия вместе со мной. Тебе не разрешено отходить от меня в школе далее, чем на пять метров. Только в этой комнате ты можешь оставаться один. Говорить будешь лишь, когда к тебе обращаются учителя или ученики со Слизерина. Ты все запомнил или тебе записать?
- Я запомнил, хозяин.
- И еще, ты должен понять свои ошибки. Понять не умом, а сердцем. Ты сразу увидишь, если ты на правильном пути. Как только твой ошейник начнет истончаться, значит, ты все делаешь правильно, если же наоборот, то он будет становиться толще и менять структуру. Как только твой ошейник станет металлическим, то все – ты раб на всю жизнь. И поверь мне, после этого никто не сможет тебе помочь и освободить, а я сделаю твою жизнь адом. Сейчас переодевайся, мы идем на ужин.
- Хозяин, – голос Рона дрожал, – можно, я сегодня не буду ужинать?
- Нет, нельзя. Нечего оттягивать неизбежное.
Комментарий к Глава 11. *Поиск и наказание(лат.)
====== Глава 12. ======
Ужин прошел феерически.
Столько внимания Гарри не помнил даже за свою прошлую, полную то поклонения, то ненависти жизнь. Столько новых слов и выражений он услышал в свой адрес. Столько невысказанных проклятий виделось в глазах учеников, особенно гриффиндорцев. Гарри понял, что добрый директор даже не попытался объяснить ученикам происходящее, как всегда, пустив все на самотек. Но и Поттер не собирался делать за директора грязную работу, так что уселся с друзьями ужинать. Рон разместился на максимально возможном удалении от слизеринцев и задумчиво ковырялся в тарелке, наверное, впервые в жизни потеряв аппетит. Наконец нетерпеливые гриффиндорцы кучкой отправились к вражескому столу разбираться с отступником. В рядах этой делегации были – Грейнджер, близнецы Фред и Джордж, Джинни Уизли и герой Лонгботтом.
- Рон, – начала Грейнджер, – почему ты сидишь здесь?
А в ответ тишина, только уши алели. Рон после всех внушений, что сделал ему Поттер, не решился не то что разговаривать, а и смотреть на бывших однокурсников. Да и сопротивляться приказам хозяина он не мог.