Уроки и в этот день вновь не поражали интересными темами. Грюм был на удивление меланхоличным и задумчивым. Он расфокусированным взглядом обводил учеников, мыслями витая где-то в облаках. Аластор, конечно, пытался присмотреться к слизеринцам, как велел Альбус, но состояние здоровья, а проще говоря, похмелье, затормаживало его.
Зато Хагрид порадовал в очередной раз. На его уроках постоянно происходило что-то из ряда вон выходящее. Его «милые зверушки» пугали учеников до чертиков. А он только умилялся, глядя на очередного соплохвоста или еще какую-нибудь опасную гадость, глупо улыбаясь и говоря, какие они хорошенькие и ути-путенькие. Сегодня он повел учеников к озеру кормить Гигантского Кальмара.
Хагрид шел по мосткам впереди всех, неся в руках огромную корзину с чем-то противно пахнущим, видимо, кормом. За ним, на приличном расстоянии, гурьбой плелись два курса – Слизерин и Гриффиндор. Гарри шел рядом с Драко и Блейзом. Мостки, как называли все это сооружение, выдавались далеко в озеро и были похожи скорее на причал. Они уходили примерно ярдов на двести в самую глубокую его часть. Гигантский Кальмар уже ждал их, привыкнув к подкормке за много лет. Хагрид поставил корзину на настил.
- Кхм-кхм, класс, вставайте кругом меня, щас я вас познакомлю с Кальми, эт я придумал так его называть, – расплылся в довольной улыбке полувеликан, – так вот, Кальми находит себе жрат… еду сам, а я просто его иногда подкармливаю. В корзине птичьи потроха, каждый пускай возьмет горсть и покормит Кальми.
Оба курса смотрели на Хагрида, как на сумасшедшего. И если взять в руки эту гадость из корзины смогли бы все, на зельеварении еще и не такое трогали и резали, то кормить животное, которое вполне может сожрать тебя вместо или вместе с потрохами, желающих не нашлось. Гарри отошел подальше и склонился над водой, она была чистая и прозрачная, сквозь нее было видно не только Гигантского Кальмара, но и приплывших поживиться дармовщинкой гриндилоу, и даже просматривалось дно. Гарри сильнее наклонился, любуясь подводным миром… удар в спину был совершенно неожиданным. Не удержавшись на ногах, он полетел в воду, а ведь плавать Поттер никогда толком не умел. В прошлой жизни он, конечно, плавал во время Тремудрого Турнира, и за мечом в озеро нырял, но в первый раз он съел Жабросли, а во второй его вытащил Рон. Вот и весь опыт. Так что плавал он только в одном стиле – топориком, что с успехом и продемонстрировал.
Как бы он ни трепыхался, ни махал руками, ничего не помогало. Он шел камнем на дно, а воздуха уже катастрофически не хватало. Его щиколотки были зажаты, как в тисках. Гарри посмотрел вниз и увидел, что за его ноги уцепились гриндиллоу и тянут вниз. Он окончательно запутался в мантии и, запаниковав, не мог добраться до волшебной палочки. Сознание начало уплывать, а движения замедляться.
На берегу поспешно стаскивал мантию Блейз. Его сюзерен ушел камнем вниз, и у Забини не было иного выбора, кроме как кинуться за ним. Ледяная вода сбила дыхание и моментально пробрала до костей. Блейз продышался и нырнул в тщетной попытке достать Поттера. Он видел его, но догнать шустрых и сильных гриндилоу не мог. До Гарри оставалось метров пять, когда…
Крылья прорвали слои ткани и расправились за его спиной, на кистях рук собрались сгустки энергии и, слетев с пальцев, устремились к водяным чертям. Те с визгом, полоснувшим по барабанным перепонкам, отлетели от обессиленного Поттера. Выплывал из глубин он на одних инстинктах и жажде жизни, гребя крыльями, как огромными плавниками. Он почти достиг поверхности, когда крылья втянулись в спину. Показавшись над водой, он жадно глотал воздух, неожиданно ощущая поддержку под пятой точкой. На мостки Гарри поднял Гигантский Кальмар, нежно обвив тело парня щупальцем. А Блейза за руки вытащил Драко. Гарри лежал на настиле и тяжело дышал, хорошо еще, что не успел наглотаться воды. Над ним склонились обеспокоенные лица его друзей.
Блейз сел на мостки и уложил голову Гарри к себе на колени. Драко быстро накинул на продрогших Поттера и Забини высушивающие и согревающие чары, а на одежду Гарри еще и «Репаро». Слизеринцы столпились вокруг однокурсников, не давая приблизиться к ним ни гриффиндорцам, ни Хагриду. А Кребб и Гойл зажали между своими крепкими телами виновника происшествия, до боли сжимая его запястья. И почему-то никто из зелено-серебристых не удивился тому, что им оказался Невилл Лонгботтом. Этот бравый лев решил, что просто обязан отомстить ненавистному Поттеру за то, что тот сначала забрал у него Рона и сделал его своим рабом, а потом занял и место героя вместо него. Напасть со спины и столкнуть ничего не понимающего Поттера в воду ему показалось хорошей идеей. Хагрид топтался рядом, не зная, что ему нужно делать и как помочь. Он, конечно, понимал, что нужно отвести детей в школу, нужно доложить о происшествии Дамблдору, но стоял столбом, не в силах сдвинуться с места.
Шум в Большом Зале сменился звенящей тишиной, когда туда толпой вошли слизеринцы. Вид трепыхающегося в попытках вырваться Невилла между Винсентом и Грегори вогнал в ступор даже учителей. Хагрид башней возвышался за спинами учеников. Снейп первым сорвался с места и полетел между столами к своим змейкам. Следом за ним торопливо вышагивала Минерва, которая уже была готова разразиться гневной тирадой в защиту своего львенка. Директор Дамблдор взирал со спокойствием Будды на происходящее и ел лимонный пудинг.
- Мистер Малфой, – обратился Северус к старосте слизеринцев, – расскажите, что случилось?
- Мистер Лонгботтом, – в тот же момент вмешалась Минерва, решившая, что именно ее подопечный должен первым рассказать свою версию событий, – лучше вы расскажите.
- Минерва, – зашипел на нее Северус, испепеляя взглядом.
- Северус, – не осталась в долгу старая кошка.
- Друзья, – вмешался подошедший директор, – давайте все заинтересованные лица пройдут в учительскую, и там все узнаем.
Гарри, Драко, Блейз и Невилл под неизменным конвоем из Кребба и Гойла отправились в учительскую. Так же туда пошла Гермиона Грейнджер и Рон Уизли. Естественно Снейп, МакГонагалл и директор. Северус, заметив бледный вид Гарри и Блейза, позвал еще и мадам Помфри. Когда все собрались, а директор с удобством устроился за столом, то решили разом заговорить.
- Как на базаре, – шепнул Драко на ухо Гарри.
Поттер согласно мотнул головой и попытался понять, кто о чем кричит, но все вокруг говорили о чем угодно, только не о произошедшем на уроке у Хагрида. Его, кстати, даже не пригласили на разбирательство, все равно толку от него ноль. Гермиона и Невилл орали что-то о нападении слизеринцев на них. Винсент и Грегори низкими басами бубнили о том, что Лонгботтом толкнул Гарри, не уточняя, что в воду. Минерва противным визгливым голосом голосила, что после победы слизеринцы оборзели и издеваются над всеми факультетами. Рон вопил, что чуть не потерял хозяина, и плакал, размазывая слезы кулаками и шумно сморкался в рукава мантии (ну не было у него нормального воспитания). Директор улыбался с идиотским видом, в душе радуясь скандалу. Гарри, Драко и Блейз стояли, облокотившись о стену, и смотрели на бесплатный цирк, разыгранный с полного попустительства бородатого кукловода. Мадам Помфри выдала искупавшимся в ледяной воде по дозе бодроперцового зелья и удалилась, недоуменно качая головой. А Северус потихоньку зверел. По отрывочным фразам он понял, что его Гарри едва не утонул на сегодняшнем уроке, и не собирался спускать все на тормозах.
- Тииихааа!!! – сонорус Снейпу не понадобился, громовым рыком он заставил всех замолчать, – устроили балаган. Ну-ка, по порядку каждый рассказывайте, что произошло.
Если первым рыком он угомонил всех и добился тишины, то последующим шипением – любой василиск бы обзавидовался – вогнал всех в ступор.