— Кэт! — крикнула я.
Она обернулась и посмотрела на меня. Её глаза были красными и невыносимо печальными. По щеке покатились слёзы.
— Зачем ты пришла? — прозрачным голосом спросила она, — Зачем ты пришла?! — уже выкрикнула Кэт, голос не слушался её и звучал, как не настроенное пианино, повышаясь то до верхних тонов, то опускаясь до хрипоты.
Я не могла ничего ответить, лишь открывала рот, мысленно подбирая слова и вроде бы хотела что-то сказать, но мысль обрывалась.
— Уходи, — дрожащим голосом сказала Кэт.
Она перебросила ногу через ограду, а затем полностью перелезла через неё.
Я сделала пару шагов к ней, ускоряя темп.
— Не подходи! — хрипло крикнула подруга.
— Кэт! Не семей бросать меня! Не семей сдаваться! Ты должна жить! Слышишь? Ты должна жить! — сквозь слёзы кричала я, на грани нервного срыва, я всё ещё находила силы говорить и двигаться в сторону подруги.
— Но я не хочу. Я устала. Мне постоянно больно и паршиво. Я всё время одна, даже тебя не оказалось рядом... Я устала. Я хочу сдаться! — проорала Кэт, её голос был готов сорваться, он раздавался эхом в моей голове.
Одной рукой она перестала держаться за перила, оставаясь стоять на краю крыши. Я почти близко к ней, ещё чуть-чуть и я смогу взять её за руку.
— Оставайся сильной. Всегда. Даже если всё рушится на глазах, — по слогам проговаривала я, — Кэт! Ты же сильная! Я знаю! — мой голос оборвался, я не могла произнести ни единого слова.
Я не могла больше тянуть время, я побежала к ней, чтобы успеть остановить.
— Ты ошибаешься, — почти шепотом сказала Кэт, отпустив вторую руку.
Происходящее стало как в замедленном действии, когда Кэт отпустила руку, я была уже у ограждения и ухватилась за запястье, но мне не хватало сил вытянуть её. Я чувствовала, как её рука выскальзывала из моей, я зажимала ладонь сильнее, но от этого легче не становилось. Чьи-то сильные руки ухватились за локоть Кэт и стали тянуть вверх, ощутив поддержку, я отпустила ладонь и дотянулась до плеча. Кэт оказалась на площадке, а я повернулась посмотреть, кто это был.
Я кинулась в объятья Макса, пытаясь сказать, насколько сильно я благодарна ему. Я перевела взгляд на Кэт, та сидела, опираясь о стену, в обнимку с бутылкой.
— Ты идиотка? — шепотом спросила я.
— Тебе не понять, — сделав глоток, отозвалась она.
— Я готова лично тебя убить. Сколько ты выпила?
— Недостаточно.
— Ты такая дура. Почему ты ничего мне не сказала? Почему всё дошло до такого?! Что было бы, если я бы здесь не оказалась? Что я потом чувствовала, ты подумала об этом? — горло жгло и пылало, но я не могла остановиться и выговаривать всё, — неужели ты подумала, что сеганёшь с крыши и всем лучше станет?
— Я запуталась и не понимала, что делаю. Я подумала, что это — единственный выход. Ты не поймёшь меня! Всё это время ты была далеко от меня, да и вообще далеко от Флориды! Я осталась одна.
Мне стало обидно от её слов. Я поглотила обиду и сказала:
— Всё время, которое я была здесь, ты не рассказала мне ничего из того, что я прочитала в письме. Ты сама мне не хотела ничего рассказывать, а теперь утверждаешь, что одна?!
Я ждала ответа, но Кэт начала терять сознание. На крышу поднялись врачи, они положили Кэт на носилки и пошли вниз.
Я осталась совершенно без сил. Такое чувство, что мои ноги ампутировали. Я почувствовала, как меня взяли на руки.
— Макс, пусти, — слабым голосом сказала я.
— И не подумаю. Ты сама идти не сможешь, так прими мою помощь.
— Твоя помощь, потом дорого мне обойдётся...
— Хах, и то верно, — сказал Максфорд, это было последнее, что я услышала.