Звонок прозвучал резко, почти спасительно. Аудитория тут же ожила: стулья заскрипели, студенты повскакивали с мест, кто-то засмеялся, кто-то уже обсуждал планы на перемену. Поток людей хлынул в коридор. Ванесса не торопилась. Она посмотрела на часы. Каин должен ждать её в аудитории этажом ниже.
Коридоры были полны людей, шумные, светлые, безопасные. Она не боялась — ни сейчас, ни вообще. После всего, что вскрылось о её семье, после всех странных, болезненных деталей, этот разговор казался неизбежным. Даже необходимым.
Она знала, о чём Каин хотел поговорить. И, возможно, именно этот разговор поможет наконец поставить точку — окончательную, жирную, без возвратов — в их странных, перекрученных взаимоотношениях. Ванесса глубоко вдохнула, поправила ремешок сумки и вышла в коридор вместе со всеми.
Она пересекла коридор быстрым, собранным шагом, лавируя между студентами, спускающимися и поднимающимися по лестнице. Металлические перила были холодными под ладонью. Один этаж вниз — всего ничего. Ванесса шла и мысленно цеплялась за простую, почти детскую мысль: охрана рядом, Давид бы не допустил, чтобы с ней что-то случилось. Здесь людно. Здесь безопасно.
Она уже знала, что спросит у Каина. Про Рината. Про мать. Про то, что он знал и скрывал. Внутри была злость — чистая, ровная, без истерики. Та самая решимость, которая появляется, когда слишком долго молчали.
Дверь аудитории поддалась легко. Ванесса шагнула внутрь, машинально прикрыла её за собой и огляделась. Тишина. Странная, густая. У кафедры лежали дорогая сумка и телефон Каина — аккуратно, будто их положили специально. Ванесса нахмурилась и подошла ближе.
— Ты, как всегда, раскидываешь вещи, — начала она и осеклась.
Слова застряли в горле. За кафедрой, наполовину скрытый тенью, лежал Каин. Неловко, неестественно, как сломанная кукла. Его лицо было бледным, взгляд — пустым, устремлённым в никуда. Одежда смята, на коже — следы боли, слишком очевидные, чтобы сомневаться: перед смертью его ломали. Долго. Намеренно.
Ванесса вздрогнула всем телом. Воздух в лёгких будто закончился. Она сделала маленький, неуверенный шаг назад, упёрлась каблуком в край кафедры и почти потеряла равновесие.
— Нет… — выдохнула она, скорее себе, чем вслух.
И в этот момент дверь за спиной распахнулась. В аудиторию шумно вошла толпа студентов вместе с преподавателем. Разговоры оборвались разом, будто кто-то выкрутил звук. Десятки взглядов уставились на Ванессу — на её застывшую фигуру у кафедры, на бледное лицо, на расширенные от ужаса глаза. Кто-то первым заметил тело.
— Господи…
— Что это?..
— Он… он мёртв?
— Она убила его?
Преподаватель побледнел, резко шагнул вперёд, затем так же резко остановился.
— Никому не подходить! — его голос сорвался. — Всем оставаться на местах! Немедленно вызывайте охрану! Полицию!
Шёпот, паника, кто-то вскрикнул. Ванесса стояла, не в силах пошевелиться, будто её ноги вросли в пол. В ушах гудело, сердце колотилось так, что казалось — его слышит вся аудитория.
Она смотрела на Каина и понимала только одно, что точку поставить не получилось. И теперь эта смерть — прямо перед ней и её в ней точно обвинят. Крыть нечем.
Всё произошло слишком быстро, слишком близко, будто пространство сжалось и навалилось на неё разом.
— Это она! — истошно завизжал чей-то голос из толпы. — Это Ванесса! Она его убила!
Крик был резкий, панический, липкий. Он моментально подхватился другими — шёпотом, взглядами, домыслами. Ванесса дёрнулась, резко обернулась.
— Я… что? Нет! — слова вырвались хрипло, с надломом. — Я только вошла…
Её никто уже не слушал.
Двери аудитории распахнулись снова — теперь грубо, с силой. Полицейские вошли быстро, отработанно, как по сценарию. Один жест, другой. Кто-то указал на неё пальцем. Кто-то отступил, будто она была заразной.
— Руки за спину, — сухо, без эмоций.
— Подождите, вы не понимаете! — Ванесса инстинктивно шагнула назад, но её тут же перехватили. Холодный металл сомкнулся на запястьях. Щелчок наручников прозвучал оглушительно громко.
Толпа расступалась. Её вели через коридор, сквозь лица, шёпот, вытянутые шеи. Ванесса шла, будто не чувствуя ног. И тогда она увидела Фобоса. Он стоял у стены, напряжённый, растерянный, явно только что подошёл. Их взгляды встретились на секунду. В его глазах было недоумение.
— Я не делала этого, — быстро, почти беззвучно сказала Ванесса, ловя этот единственный шанс.