«Адресат по указанному адресу не разыскан».
Что значит – не разыскан?
«Адрес указан неверно».
Да вроде бы я всё точно написала… Стоп. Свои домашние координаты я написала на отдельном листке бумаге и отдала Эвану вместе с посланием родителям, то есть на самом письме адрес указан не мной и… вот оно что. В адресе то ли случайно, то ли умышленно пропущено название полиса. Не уточнено, что идти ему в Эмираду, да и вообще города нет, только улица, дом, район, едва ли что-то значащие в условиях Лилата. И что же получается, Эван решил не утруждаться и отправить весточку моим маме и папе простым письмом?! В «Быстрее ветра» был такой большой почтовый ящик, установленный в зале у самой входной двери. Туда бросались только простые бесплатные письма, не оформлявшиеся через операторов, соответственно, не имевшие специального номера и не вносившиеся в какие-либо базы данных. Всякий желающий мог оставить в этом ящике письмо, каждое утро и вечер они общей кучей извлекались и передавались в другую лилатскую доставку, с которой сотрудничал Эван и которая занималась исключительно развозом простой корреспонденции по городу. Вроде бы организация эта и вовсе благотворительная, на добровольно-альтруистических началах, потому и доставка бесплатная… правда, письмо могло в два счёта потеряться, и никто никогда бы его не нашёл. Как искать то, у чего фактически нет подтверждения его существования, возможности отследить путь?
Я тяжело опустилась на край кровати, глядя растерянно то на письмо, то в окно. Не так уж и важно, с чьей доброй – доброй ли? – руки послание оказалось в моей комнате, важнее понять, что мне делать? Я рассчитывала на помощь родителей, в конце концов, только в своих родных я уверена полностью, на все сто процентов, только на них могла положиться, не боясь, что они меня подведут, предадут и используют с выгодой для себя. Папа сделал бы всё, что потребовалось бы, чтобы вытащить меня отсюда, он бы и с Лилатом сумел договориться, а если не сумел бы, так у нас ещё бабуля есть, она всё-таки настоящая полукровка и от её матери ей поболе талантов тени досталось…
Но теперь…
Теперь мне не на кого надеяться, кроме самой себя. Получи родители письмо, и они знали бы, где конкретно меня искать, без точной же информации, руководствуясь одним предположением, что я в Лилате, да с этими местными блокираторами всего на свете вызволение дочери может затянуться на месяцы, если не на годы… и боги знают, в какие суммы оно встанет… у нас просто нет таких денег…
Прижав письмо к груди, я с ногами забралась на кровать и откинулась на подушку. За распахнутым окном безмятежно пели птички, из глубины дома доносился приглушённый голос Рианн, а мне хотелось завыть волком на луну. Или сразу умереть и не мучить ни семью, ни себя. Они будут знать, что меня нет среди живых, а раз так, то искать меня бесполезно. Я уже на дне, но родным вовсе необязательно тонуть вместе со мной. Близкие смогут оплакать меня, однако продолжат жить дальше, не тратя время, силы и средства на бессмысленные, тщетные поиски, на безумную надежду, которой не суждено сбыться. Так будет лучше для всех, верно?
Перед носом мелькнуло нечто сиреневое, уплотнилось вдруг в фиолетовый комочек и приняло вид котёнка. Пушистого фиолетового котёнка с неожиданно большими серебряными глазами, прыгнувшего на одеяло. Я глянула на левую руку – браслета нет. Котёнок же подошёл к подушке, толкнул меня головой в плечо. Я перевернулась со спины на бок, лицом к новому чуду, и зверёк, потоптавшись чуть, улёгся рядом, на освободившееся место, прижался к моей груди и громко, совсем как настоящий кот, замурчал. Я осторожно коснулась мохнатой спинки. Надо же, на ощупь словно живой, тёплый и действительно пушистый, подрагивающий всем тельцем в такт старательному мурчанию. Я погладила котёнка, а потом и вовсе обняла одной рукой, чувствуя, как по щекам побежали долго сдерживаемые слёзы.
Не знаю, сколько времени мы так лежали – я тихо плакала, а котёнок терпел и мои объятия, и намокшую от моих слёз шерсть, продолжая терпеливо, успокаивающе мурлыкать, – но в какой-то момент за дверью послышались шаги и из-за створки донёсся голос Рианн:
– Тесса, ты готова?
Я вздрогнула,торопливо села, вытирая подушечками пальцев щёки и глаза.