– Полагаю, вам стоит воспользоваться возможностью и объявить о помолвке. Почему бы и нет? Время идёт, Финис готов жениться на тебе в любой момент, дело лишь за официальными формальностями. К тому же, уверен, объявление остудит пыл Арсенио. Не могу сказать, что мне нравятся его щенячьи взгляды в твою сторону, да и приятель его явно позволял себе больше, чем следовало бы даже в таких сложных условиях.
Ну да, следовало ожидать, что внезапный интерес Байрона к Рианн не пройдёт незамеченным для бдительного, сурового братского ока и за банальную светскую вежливость его тоже не примут.
Рианн вспыхнула, отложила вилку с ножом и, взяв салфетку, принялась промокать ею губы – скорее, как я заподозрила, из желания чем-то занять руки и скрыть истинные эмоции, чем из действительной на то необходимости.
– А вы останетесь на балу? – полюбопытствовала я. Раз отвезти нас должен Финис, то, надо думать, у Эвана найдутся дела поинтереснее сопровождения домой сестры и невесты под прикрытием.
Может, слежка за потенциальным нанимателем?
За Люсьеном?
Или и вовсе какие-нибудь делишки тёмные да сплошь незаконные?
– Вряд ли, – ответила Рианн сухо. – В полнолуние большинство оборотней мужского пола, не связанных парами и не имеющих иных обязательств, можно найти во вполне конкретных общественных местах…
– Рианн, – Эван предостерегающе посмотрел на сестру.
– Как твоя невеста Тесса имеет право знать…
– Подставная невеста.
И что же Тессе надо знать? Или не надо, по мнению Эвана?
– В полнолуние вы впадаете в состояние агрессии и не контролируете смену ипостаси? – предположила я осторожно.
– Не совсем агрессии, – поправила девушка. – Каждое полнолуние наши инстинкты напоминают нам о том, что когда-то давно в это время наши предки выбирали себе пару, проводили брачную церемонию и соединялись со своим избранником или избранницей в одно целое. Зачиналось потомство… отмечались дни рождения детей и вступление их в пору созревания…
Ясно.
Я искоса глянула на Эвана, медленно, сосредоточенно жующего кусок бифштекса. Понятно, почему он так среагировал на моё явление в «комнату отдыха». И вроде всё очевидно и ожидаемо, но… но почему он остановился?!
– Полнолуние действует на весь наш народ, но не всем даны альтернативные возможности решения его влияния, – Рианн бросила салфетку рядом с тарелкой и поднялась. – И пока одни вынуждены месяц за месяцем бороться с собой, усмирять пресловутые эти инстинкты, контактировать как-то с представителями противоположного пола, другие преспокойно решают эту проблему в публичных домах и не слышат в свой адрес ни единого слова нарекания. Вот так-то, Тесса. Доброй ночи, – девушка развернулась и вышла из столовой.
Дверью не хлопнула, хотя наверняка хотела.
– Полнолуние, – произнёс Эван извиняюще.
Прозвучало почти как «критические дни». Аж обидно стало за собственный пол вообще и Рианн в частности. Получается, она каждое полнолуние мается, но терпит, ибо приличной девушке положено невинность для супруга беречь, а братец её, как всякий уважающий себя кобель, пар в борделях спускает?
М-м-муд… мужики!
– Я из Эмирады, меня трудно шокировать, если что, – напомнила я.
– Даже не сомневаюсь, – отозвался Эван.
Остаток ужина тоже прошёл в гробовом молчании.
* * *
Эван и впрямь разбудил меня на рассвете и лично. Без малейшего зазрения совести реквизировал у меня подушку, когда я попыталась сначала спрятаться под ней, а потом отбиться ею же от некоторых чересчур назойливых оборотней. В отместку я надела короткие, чёрные и облегающие бельевые шортики – иных шорт найти в магазинах Лилата не удалось – и свободную белую блузку, которую завязала узлом выше талии, натянула на босу ногу плоские сандалии – опять-таки, единственная замена нормальным босоножкам, – собрала волосы в хвост и в таком виде вышла на задний двор, где ожидал свежеиспечённый тренер.
Тренер явно впечатлился.
Во всяком случае, с минуту разглядывал меня странным недоверчивым взором, затем несколько раздражённым жестом провёл по своим волосам, взлохмаченным и определённо с подъёма ещё нечёсаным, и посмотрел на деревья вокруг.