Улыбка Эвана, застывшая, будто нарисованная неумелым художником, всё больше походила на оскал, Финис по своему обыкновению пытался притвориться частью обстановки. И как тут не убедиться, что давешний странный взгляд зама мне лишь почудился?
– Благодарю, – сухо отозвался Эван.
– Что ж, не буду вам мешать. Доброго вечера, – Гериберт заново раскланялся перед нами и отошёл.
– Он ведь меня не узнал? – повторила я вслух.
– Не похоже, – хмуро ответил Эван. – Возможно, он тебя и не запомнил.
Экая я незапоминающаяся!
– Что ж, по крайней мере, от Берта лишних проблем можно не ожидать.
– А они могли быть?
– В Лилате всякое возможно.
Что верно, то верно.
Объявили танцы и среди пар, вышедших на первый вальс, я заметила Рианн и Арсенио. Увидев родную кровиночку в обществе злокозненного инкуба, Эван окончательно помрачнел и, едва вальс закончился, шепнул что-то Финису, коротко извинился передо мной и был таков.
И куда, спрашивается, пошёл? Требовать у Арсенио сатисфакции?
Впрочем, один плюс в уходе Эвана был – отыскав глазами лакея, я помахала ему и, как только тот приблизился, взяла с подноса бокал с шампанским. Сделала солидный глоток и заметила другого лакея, с закусками. На его подносе обнаружилось множество крошечных песочных тарталеток с разными начинками, и я не удержалась от соблазна попробовать парочку… тройку… все, что показались мне аппетитными. Лакей с профессионально-непроницаемым лицом терпеливо ожидал, пока оголодавшая гостья его отпустит, Финис же взирал на меня с каким-то священным ужасом. Будто девушку с хорошим аппетитом никогда не видел! А что крошки от корзиночек немного просыпались на платье… и, кажется, попали в декольте… да и, наверное, к губам прилипли… так это пустяки, с кем не бывает. Эван сам сказал, что я не леди и могу не пытаться изображать таковую.
– Да вы тоже берите, угощайтесь, – спохватилась я то ли на пятой, то ли на шестой тарталетке. – Вот эти вот, с чем-то рыбным, очень вкусные…
– Нет, благодарю, – Финис резким повелительным жестом отпустил лакея – я только и успела, что цапнуть с подноса ещё одну корзиночку на посошок, – и оглядел меня заново, с высокомерной брезгливостью. – Во имя Хитреца, о чём Эван думал, во всеуслышание называя тебя своей невестой, пусть и подставной?
– Вам не нравится его выбор? – невинно уточнила я.
– Нет, – откровенно заявил Финис, и я вдруг заподозрила, что в кои-то веки зам говорит искренне, от всей глубоко возмущённой подобным кощунством души. И куда только обычное заикание и смущение делось?
– Здесь я с вами совершенно согласна, – я отсалютовала Финису тарталеткой и отправила в рот целиком, благо размеры корзиночки позволяли.
Вид девицы жующей и открыто наслаждающейся вкусом пищи, похоже, окончательно шокировал зама, и он отвернулся, сосредоточив взгляд на парах, кружащих в центре зала под неторопливую мелодию.
Рианн танцевала. На сей раз с Байроном и вид при том имела вполне счастливый и жизнью довольный.
Странно. Разве Байрон не должен сопровождать Лизетту?
– Лэйри Эльяни? – голос Гериберта, негромкий и вкрадчивый, заставил меня вздрогнуть и едва не подавиться остатками тарталетки. Я обернулась и встретилась с внимательным взглядом своего похитителя, приблизившегося бесшумно, словно оборотень. – Где ваш жених?
– У господина Лобо возникли срочные дела, требующие его немедленного присутствия, – ответил вместо меня Финис.
– Какая досада, – чего-чего, а искреннего сожаления в реплике Гериберта не набиралось ни на грамм. – Что же, раз господин Лобо оставил свою прелестную невесту в одиночестве, то будет ли мне позволено пригласить вас, лэйри Эльяни, на танец?
– Господин Лобо не станет возражать против того, что его невеста найдёт, чем себя занять в его отсутствие, – заверил Финис с льстивой улыбкой заправского сводника.
Я с трудом дожевала тарталетку, чувствуя себя той самой рабыней, у которой даже выбора нет, идти куда-либо с кем-либо или нет. Гериберт с лёгким полупоклоном подал мне руку, и не оставалось ничего другого, кроме как сунуть пустой бокал из-под шампанского Финису и принять предложенную длань. В конце концов, это всего лишь один танец и вокруг нас куча народа – не станет же Гериберт проворачивать что-то сомнительное при таком количестве свидетелей? Максимум руку на неположенное место опустит… Да и Рианн рядом, в случае чего всегда можно её позвать, если уж не выйдет управиться своими силами.