Хотя, сегодня не удастся уйти от смерти... она пришла со мной… запекшаяся кровь еще виднеется под ногтями, по дороге негде было хорошо помыться.
Я первой захожу во дворец. Берти, озираясь по сторонам на шикарную обстановку, недоверчиво продвигается вслед за мной. В центральной гостиной мы видим братьев и Джули, наслаждающихся утренним кофе.
Согласно плану сегодня я должна была вернуться с двумя морфами...
Вскоре соратники нас замечают.
— Ой, Морочка вернулась! — Джули первая радостно улыбается и бросается к нам. Меня ласково обнимает и целует в щеку. Следом хватает Берти за плечи.
— Новенького привела? Не пугайся. Дай-ка я на тебя погляжу. А ты ничего такой, смазливый. Тебя только привести в порядок. Как здорово. Нас теперь двое красавчиков, а то было стремно жить в обществе одних уродов! — ехидничает морф, а также дружелюбно целует Берти в щеку.
Джули действительно очень привлекательна для Самцов. Черные жгучие очи, шикарные длинные черные волосы и фигура миниатюрная — любого сразят наповал. Вся такая милая для глазу, НО есть одно большое «но». Ее правая рука — полностью звериная, с короткой серой шерстью и острыми когтями, содержащими яд. Самка, словно застыла в стадии трансформации от перевертыша к зверю. Это генетическое отклонение, к сожалению, у нее с рождения. Ее сестру-близнеца этот недуг миловал, но не ее.
— А сестренка? А где Джудит? — признаться, от ее вопроса что-то снова колет в груди. Я чувствую печаль и вину. — Она в машине? Только не говори, что она ранена?! Чего же мы стоим? Скорее к ней!
В порыве эмоций она бросается через всю гостиную к двери, однако останавливается от моего оклика.
— Джули!
Она резко оборачивается, почувствовав некое напряжение в моем голосе. Ее взгляд уже не такой, как прежде. Наполняется тревогой. Эмоции берут над ней вверх. С некой нервозностью бежит обратно.
— Не говори... молчи!
Вместо ответа я вынимаю цепочку, снятую с шеи умершей Джудит, и протягиваю ее сестре.
— Нет...нет...нет, — она дрожащей рукой принимает украшение, обхватывает его ладонями, с любовью прижимая к своей груди.
Сначала морф роняет несколько слезинок и истошно воет. От ее плача сердце с сочувствием сжимается. Ее грусть длится совсем недолго, уже вскоре ее глаза приобретают звериный отблеск.
— Ты ведь обещала спасти ее! ТЫ МНЕ ОБЕЩАЛА! СУКА!
Не надо обманываться, морфы не бывают милыми. По характеру — мы звери. Джули взмахом правой руки рассекает мне когтями лицо, плечо и шею, оставляя кровавые борозды, отравленные ядом, который не позволяет начаться регенерации. Чтобы она подействовала, необходимо сначала устранить яд, а мне пока некогда.
Крупные капли крови с открытых ран падают на пол, заливают одежду. Я бы могла избежать этого, но, наверное, не захотела, посчитав справедливым наказанием за мою неудачу. Чтобы прекратить кровавое столкновение, тут же вмешиваются братья. Закканд — встает между нами, а Юриой обхватывает Джули сзади и пытается ее остановить от новой агрессивной атаки. А она все дергается, стараясь добраться до меня, и выкрикивает многочисленные обвинения:
— Ты во всем виновата! В том, что умирают наши любимые! В том, что нас подвергли гонениям! В том, что нас ненавидят — тоже ты виновата! Мы страдаем из-за тебя! Какое право ты имела рассказывать миру о нас?! Какое?! Нам много веков удавалось спокойно жить среди людей, а ты что натворила?! Я не хотела всего этого! Я хотела жить мирно вместе с сестрой!
— Ха-Ха! — губы непроизвольно раздвигаются, вырывается ехидный смешок. — Сама наивность. Мечтала о мире? Может быть мечтала о доме и большой семье? Не смеши, ты сейчас мне напоминаешь точную копию меня — малолетки, которая мечтала о том, чтобы Шакс Ситхе полюбил ее. Но, ладно, я хотя бы была наивной дурой, любовь ослепила глаза, а ты-то чего?
— Какая же ты бессердечная сука! Умерла моя сестра! Мой близнец! Из-за тебя! Понимаешь?
— Открою тебе секрет, Джули, мы все умрем. Более того, когда я умру, весь мир перевертышей будет праздновать этот день. Никто не всплакнет обо мне. А Джудит повезло, ее будешь оплакивать ты. В твоих воспоминания продолжится ее жизнь.
Мои слова, видимо, немного остужают ее гнев. Она вырывается из лап Юриоя, но больше не предпринимает попыток убить меня, лишь гневно испепеляет взглядом.