На дело идем втроем. Я, Джули и Закканд. Старшему братишке знатно маскируем лицо, закрасив безобразные шрамы тонной штукатурки (тональным кремом). Но по теории Закканд — оператор, передвигается с камерой, мало разговаривает и никуда не влезает. Поэтому его уродливая внешность и молчаливость останутся скорее всего без особого внимания. А Джули носит специальный нарукавник, чтобы скрывать правую звериную руку.
Почему я выбрала такой состав группы?
Нас объединяет одно: мы — боевые морфы, имеем активные способности, большой опыт ведения боя. В отличие от тех же Юриойя и Берти, имеющих пассивные силы.
А я чувствую, что сегодня будет очень жарко! Огонь!
Ведь Шакс дал понять, что здесь притаилось змеиное логово гадов!
Либо вторая причина странного поведения Ситхе: наивные глупцы, по-прежнему, мечтают меня остановить, пробудив ту старую всепрощающую жалостливую Мору? И для этого направили сюда: в эпицентр милых драгоценных сердцу воспоминаний.
Если это так, то будет очень смешно и ужасно раздражающе.
Неужели столько сил потратила на какую-то хрень? Мне делами надо заниматься. Мудаки сами себя не убьют.
В положенное время мы заходим в огромные ворота замка, экономка проводит нас сквозь внутренний двор в дом. В гостиной ожидают хозяева замка. Тетя Матильда — в красивом платье и с дорогими украшениями (во всеоружии), отец семейства — в синем деловом костюме, скромная Зара, как обычно в простых вещах без лишнего пафоса, в джинсах и футболке.
Моя некогда вторая семья, лучшие верные друзья мамы. Если бы не жесткие события и изменения в мире, в нас, я бы, пожалуй, с удовольствием обняла их и расцеловала. Но такой роскоши у меня более — нет.
— Доброе утро! Еще раз благодарим за ваше согласие. Мы невероятно признательны за возможность узнать ваш достопочтенный род получше.
Жмем руки, обмениваемся банальными вежливостями.
Стараюсь по началу не смотреть в глаза Заре, чтобы слишком быстро не быть рассекреченной.
— Что вы, это мы признательны! Как это мило! — улыбается Матильда.
И глядя на нее, я вдруг задумываюсь, неужели эта улыбка — наигранная и за ней всегда скрывалось зло?
Вскоре наступает долгожданный момент, когда экономка покидает гостиную, а Закканд под предлогом того, что готовит помещение для видео и фотосъемки, закрывает массивные входные двери на замок. Можно действовать.
Теперь чувствую лишь желание поскорее распотрошить змеиное гнездо. И дальнейшие слова дяди Джиана совсем не пугают:
— Что ж, приступим? Куда нам присесть? Что делать?
Суровый мужчин ценит свое время, конечно же, поторапливает нас.
— На диван, пожалуйста, — указываю. — Расслабьтесь, будьте естественны, нам важно, чтобы вы чувствовали себя комфортно при допросе.
— При допросе? — тут же с улыбкой переспрашивает Мальтида. — А, понимаю, вы так это в своих кругах называете? Рабочие фишки?
Ха-Ха!
— Нет, вы неправильно поняли… — поправляю. — Здесь будет ДОПРОС с пристрастием! И никто отсюда не уйдет, пока я не получу ответы на свои вопросы!
Под конец объяснения я успеваю полностью поменять облик. На свой. Родной.
— Ммора? — запинаясь, восклицает Матильда.
Зара, будучи в шоковом состоянии, подскакивает с дивана. Тоже что-то лепечет с удивлением, граничащим с ужасом.
Как и положено хладнокровному перевертышу, мистер Дробс без ненужных восклицаний, истинный самец — защитник семейства при виде преступницы оборачивается огромным лисом и совершает прыжок в мою сторону. Но Закканд всегда настороже, бросается наперерез, и клыки, когти лиса вонзаются в старшего братика, а не в меня. После моей крови Закканд ничего не чувствует, его кожа рвется, но под ней появился непробиваемый слой защиты, благодаря чему его невозможно стало ранить.
— Вы не рады меня видеть? Моя вторая семья? Друзья моей матери, — наигранно расстроено вздыхаю. — Какая печаль, меня никто не любит…
Папа-лис с моим братишкой где-то позади барахтаются, рычат друг на друга, ломают мебель, падают, снова грызутся. Определяю это по звукам. Шум стоит невероятный. Но я абсолютно уверена в непобедимости Закканда, поэтому не придаю особого значения их сражению. Без меня справится.
Двери в гостиной — плотно закрыты. Следовательно, нам никто не помешает. Все внимание концентрирую на двух Сучках, замерших на диване.
— Мора! Прекрати это, молю тебя! Ради себя, ради нашего общего прошлого! Остановись! — Зара испуганно восклицает. — Ты ведь была такой чудесной, самоотверженной, стойкой, верной! Самой лучшей во всем этом прогнившем мире!!!