— Помните, я минут десять назад говорил, что мне здесь все нравится? — щурясь, чтобы навести резкость и прочитать размер штрафа, раздраженно сказал Илья. — Забудьте. Я сильно ошибался.
***
Стараясь лишний раз не разговаривать друг с другом, слившись с толпой, мы вернулись обратно к дому Шахина. Сам хозяин дома опять куда-то исчез, а вот Берсеньева мы нашли на заднем дворе, кидающим ножи в мишень, прикрученную к забору.
— Что-то вы быстро вернулись, — первый нож попал точно в центр. — А я тут свою руку разрабатываю после перелома, — второй вонзился в мишень вплотную с первым. — Спицы и «Регенератон» творят чудеса, — третий нож отправился в забор. — Черт, сорвался! А раньше три из трех в яблочко.
— Я туда больше ни ногой! — Маша плюхнулась на кресло-качалку, расположившееся под навесом, и продолжила жаловаться. — Мало того, что в этом адском городе то ни одного человека не встретишь, то тебя нескончаемые толпы затоптать готовы, так еще и какой-то косорукий меня чуть не задавил!
— Ты на кресте стояла? — не отвлекаясь на девушку, Руслан продолжал дырявить «десятку» мишени.
— На асфальте мы стояли. Какие кресты?
— Синие. Это место посадки автомобилей. Штраф пришел?
— Да.
— Точно на кресте… Значит, сама виновата, — равнодушно хмыкнул Берсеньев.
— Можно попробую? — Юля, с интересом наблюдавшая за полетом ножей, решила приобщиться к этому занятию.
— Пожалуйста. Только не убей никого.
— Постараюсь. А что насчет толпы? Откуда столько народу взялось в один момент, причем после сирены? — девушка приняла ножи из рук Руслана и встала на изготовку в обозначенном месте.
— Это не сирена, а «Звуки Счастья», как называют ее местные.
— Такое себе звучание у счастья, — название показалось мне забавным. Тем временем первый нож Юли воткнулся в «четверку».
— Зато всем слышно. Это сигнал к окончанию рабочего дня или пересменке, — второй снаряд угодил в «восьмерку». — Шесть дней в неделю, по восемь часов в день. Кого поймают во время его смены не на своем рабочем месте — накажут: первые два раза штраф в половину зарплаты, а на третий — в трудовую колонию. Сначала на месяц, при повторах — плюс месяц к предыдущему сроку. А дети в школах маются, родителей ждут. Так что на улицах только старики, инвалиды да те, кто в ночную работает, — последний нож оказался точно в центре мишени, заставив Берсеньева приподнять одну бровь от удивления. — Ты раньше занималась метанием?
— Давно. Года три назад, — про этот факт из своей биографии моя девушка мне ничего не рассказывала. Как много нового мне еще предстоит узнать о ней? — Но руки, видимо, все еще помнят. Ты лучше скажи, почему нас еще не оштрафовали за то, что мы не работаем? Или нам в ночь выходить, и про это забыли предупредить?
— По официальной информации, для системы мы в отпуске еще около трех недель. За этот срок нам нужно успеть либо найти артефакт, либо скрыться в подполье. Первый вариант мне нравится больше.
— И чего мы тогда сидим здесь без дела? — Илья тоже захотел попробовать свои силы в искусстве метания ножей и вынимал снаряды из мишени. — Чипы у нас, деньги тоже пока имеются.
— Не торопись. К ножам это тоже относится, — посоветовал Руслан, глядя, как неуклюже был выполнен бросок, и нож воткнулся в забор в метре от мишени. — Еще не все готово… в системе. Резче рукой, резче! — второй снаряд до мишени не долетел. — Поедем через день, на поезде. Но на этот раз с комфортом, а не как в прошлый. Слушай, метание — не твое, — рассмеялся Берсеньев, смотря вслед ножу, перелетевшему через забор и скрывшимуся из виду. — Хорошо, что там пустырь и людей нет. Пойдемте лучше, я вас в «Серст» научу играть. Так затянет, что за уши потом не оттащишь! Все, идите в гостиную, а я пока нож верну обратно.
Комментарий к 257
Минутка “Ха-хашечек”
Система наблюдения в этом мире выглядит примерно так (шутка):
https://vk.com/wall-26406986_10147317
========== 258 ==========
Гураев уже приготовился к тому, что поиск ножа за домом на склоне, поросшем травой, займет приличное количество времени. Но нет. Снаряд во что-то удачно воткнулся при приземлении, и его эфес теперь торчал над растительностью, что значительно облегчало жизнь. «Метает, может, и хреново, но он, чертяга, определенно везучий», — хорошо заточенный нож пригвоздил за шею к земле большую жирную крысу, и, судя по тому, что она уже не дергалась, лезвие пересекло ей спинной мозг у самого основания черепа — смерть была почти мгновенной и безболезненной.
Вынув нож из тушки и обтерев его о траву от следов крови, Али, продолжая удивляться невероятному совпадению, вернулся в дом. Воистину, вот что порой бывает с теми, кто оказывается не в то время не в том месте…
***
Вместо гостиной, где нас просил быть Руслан, мы отправились на кухню: игры играми, а обед по расписанию. Тем более, что после весьма напряженной краткой прогулки по городу от пережитого разыгрался аппетит.
Маша сама встала к плите — никто не просил, но и никто не отговаривал. Юля было вызвалась помочь, но ее подруга велела не мешать профессионалу своего дела. И пока мы втроем сидели за столом и обсуждали то, что успели за сегодня узнать и увидеть, за нашими спинами зазвучал кухонный оркестр под управлением заслуженного дирижера Коробовой Марии Ивановны: сначала тихо, словно вступая, низко загудела электрическая плита. К ней добавился ритмичный стук ножа о доску, затем — веселое скворчание. Чуть позже вступил венчик, ускоривший темп сюиты. То и дело хлопала дверца холодильника, служа в этой симфонии подобием литавров. Сама же Маша взяла на себя еще и вокал, мыча что-то бодрое под нос. Вкусные запахи поплыли по кухне, еще больше убеждая меня в том, что я чертовски голоден.
Когда Берсеньев появился на кухне, таща под мышкой какой-то деревянный короб, похожий издалека на шахматы или нарды, нежный омлет с ветчиной и помидорами под внушительным слоем сыра уже был подан на стол вместе с овощным салатом.
— Приятного аппетита, — пожелал нам бывший военный, водружая коробку на свободную часть стола.
— Будешь? — Маша предложила присоединиться к трапезе, параллельно раскладывая главное блюдо по тарелкам.
— Спасибо, откажусь. Недавно перекусил. Вы тогда ешьте, а я попозже приду и поиграем, — Берсеньев направился к двери и почти уже вышел из кухни, как, видимо, что-то вспомнив, остановился и обернулся к нам. — Кстати, Илья, беру свои слова обратно. Нормально ты ножи метаешь — последним во-от такую крысу пришил. Везунчик, — подмигнув и взяв из стоявшей рядом вазочки конфету, Руслан покинул комнату.
Илью новость совсем не обрадовала.
— Я что, убийца? — немного потерянно он смотрел на нас троих попеременно, ища поддержки.
— Это случайность, — я быстро заполнил образовавшуюся тишину. — Ты же не хотел этого делать, она сама подставилась.
— Но нож же кинул я…
— Илюш, ну кого ты слушаешь? — Маша подошла к нему сзади и обняла за плечи. — Ты забыл, что это за человек? Опять, небось, шутит бесчеловечно, мстит за то, что ползал по земле в поисках улетевшего ножа. Не обращай на него внимания, — утешила она и чмокнула парня в щеку.
— Как ми-ило! — улыбнулась Юля, не обращая внимания на недобрый взгляд Ильи в сторону, как бы он не выкручивался, его девушки. Но Маша на этом не остановилась и продолжила палить контору:
— Колючка, возьми пример с Игорька — побрейся. С утра же прошу.
— Хорошо, — пробурчал Колючка, слегка покраснев и уткнувшись в тарелку. — Приятного всем аппетита.
Задание было успешно выполнено: Илья отвлекся от неприятных мыслей. А остальное — уже не важно.
***
На столе, очищенном от тарелок после обеда, лежала игра в открытом виде: огромное темное поле, в центре которого располагался ярко-зеленый квадрат четыре на четыре небольших клетки. На «газоне» лежал такой же зеленый игровой кубик. Больше в наборе ничего не было.