Невская Юлия Александровна и Невский Игорь Юрьевич, с этого момента и, надеюсь, до конца ваших дней, объявляю Вас мужем и женой. Совет Вам да любовь!
Кто же мог подумать, что это была моя фатальная ошибка?..
***
Шутливо отболтавшись, что мне надо на пару минут уединиться в теплой светлой комнате с мягким напольным ковриком и журчащей водой, я вылез из-за стола и прошел в дом. Но туалет меня сейчас мало интересовал: пройдя мимо него по коридору, через другую дверь я вышел к сараям и, чуть было не наступив на кем-то оставленную на земле тяпку, выскользнул через незапертую калитку на улицу. И в самый раз — свадебный регистратор, женщина лет сорока в бежевом брючном костюме, стояла около своей машины, уже делая последнюю затяжку, параллельно что-то изучая в своем планшете.
— Вадик, заводи свою колымагу, — наклонилась она к открытому окну, — нас через полчаса ждут в Сяськелево. Светка пишет, что там какая-то очень важная фифа замуж выходит, так что опаздывать нельзя.
— А то что? Гости всю колбасу сожрут и нам не оставят?
— Извините, — я подошел поближе.
— Да, что такое? Опять что-то забыла?
— Нет. Не знаю. Я к вам по личному делу.
— Роспись только по предварительной записи не менее, чем за три месяца до предполагаемого события, — видимо, мое дело было совсем не уникальным. — Если у вас был именно этот вопрос, то всего вам доброго, мы торопимся.
— А если договориться? Скажем, за тысячу?
— За две, — регистратор застыла в той позе, как залезала в машину, и хитро прищурилась.
— По рукам.
Она вылезла, неторопливо оправила костюм и протянула свою руку с ногтями не хуже, чем у гепарда, с расцветкой под его шерсть. Мы обменялись рукопожатиями. Кольцо незамедлительно дало знать, что с моего счета утекло две с половиной тысячи.
— Госпошлина, — мило, как пиранья, улыбнулась женщина в бежевом. — Где невеста? Или второй жених?
— А что, вы и однополые браки заключаете?
— Если заплатишь на пару тысяч побольше, поженю хоть на собачке, лишь бы она гавкнула мне «Да» в нужный момент. Веди уже скорее любовь всей своей жизни, а то, сам слышал, время поджимает.
— Я мигом.
— Нам в Сяськелево, — начал было водитель, как только я скрылся за забором.
— И что, ты предлагаешь упустить такой навар? В кой-то веки богатый влюбленный лох попался. Подождет та фифа, никуда не убежит. И колбасу в ожидании всю не сожрет, не переживай, иначе платье по швам треснет.
— Но…
— Сиди и не отсвечивай, я сказала! А то не поделюсь.
***
За время моего краткого отсутствия Юля каким-то образом умудрилась сойтись с пожилой «бордовой» парочкой и теперь внимательно и с интересом слушала их истории.
— Извините, что прерываю, — мне пришлось влезть в рассказ дедушки о том, как он в молодости лез по пожарной лестнице на двадцать пятый этаж в шесть утра, только чтобы передать своей жене, тогда еще девушке, букетик полевых цветов, собранных своими руками. — Я вынужден украсть у вас свою девушку. Буквально на десять минут. Потом, обещаю, мы вернемся и вместе дослушаем эту историю.
— Конечно-конечно! — безропотно согласился он. — Мешать двум влюбленным горячим сердцам — плохая затея. Все равно все будет по-вашему. Бегите, мой рассказ — всего лишь приятное прошлое, и он не должен отнимать у вас времени на ваше счастливое будущее.
— Как вам повезло с супругом!
— Возможно, — бабушка в ответ на Юлино восхищение лишь кокетливо улыбнулась. — Пусть повезет и тебе.
Мы отошли от стола и медленно пошли к калитке. Внезапно для себя я обнаружил, что с каждым следующим шагом сердце начинает частить все быстрее. Слишком уж быстро. И футболка странно прилипла к спине, хотя еще минуту назад была совершенно сухой.
— Игорек, а куда мы идем?
— Мы идем… — язык стал совершенно неповоротливым. Да что же это такое?! Я глубоко вдохнул и выдохнул. Помогло не сильно. Но помогло. — У меня для тебя сюрприз. В этой всей беготне, чехарде событий, в этом безумном будущем, я начал видеть то, на что раньше не обращал никакого внимания. Эта суета, эта жизнь на грани, когда один неверный шаг может привести к самым непредсказуемым последствиям, а верных шагов попросту нет, подарила мне тебя. Может, по мне этого особо не видно, да и почти об этом не говорю, но я тебя люблю и не хочу терять. Не смогу потерять, — мы вышли на улицу, где, натянув свою рабочую праздничную улыбку, у машины уже в полной боевой готовности ждала регистратор. — Наверное, ты не так себе представляла этот момент, но…
— Игорь, ты?..
— Да, — время резко замедлилось, стало тягучим, как свежая вареная сгущенка. — Выходи за меня замуж!
В промежутке между небесной серостью показалось солнце. Оглушительно каркнул ворон на ближайшем дереве. Со двора донесся звук разбивающейся бутылки. На планшет регистратора пришло сообщение, давая о себе знать коротким писком. Мое сердце успело сделать один безумно долгий и шумный удар.
— Я согласна.
— Да?
— Да!
— Ты согласна?!
— Игорь, я бы не раздумывая согласилась на твое предложение, даже если бы стояла по пояс в болотной тине, пожираемая мошкарой или висела кверх ногами в темнице, связанная по рукам и ногам! Да какая, к черту, разница, как и где, главное, что ты! Ты меня позвал. Я люблю тебя любым: грязным, небритым, ворчливым, сонным, задумчивым, грустным, злым — просто так, за то что ты есть! И я буду полнейшей дурой, если сейчас скажу нет.
— Не хотелось бы мешать, но время — деньги, — регистратор напомнила о своем существовании.
— Да, да, конечно, начинайте.
— Невеста, ваше имя?
— Симонова Юлия Александровна, — лучась счастьем так, что ею можно было хоть сейчас заменить солнце на небе, протараторила моя без двух минут жена.
— Какая чудесная поэтическая фамилия! Вот, нашла вас в базе. А жениха зовут?..
— Невский Игорь Юрьевич, — язык все еще заплетался, но теперь от радости.
— Жаль, не Александр, а то бы… Нашла. Невеста, вы фамилию менять будете?
— Да, конечно!
— Ух ты! Последний раз невеста меняла фамилию два месяца назад, а я провожу по десять-пятнадцать свадеб в неделю. Тогда одну секундочку. Вот так… Все.
Невская Юлия Александровна и Невский Игорь Юрьевич, с этого момента и, надеюсь, до конца ваших дней, объявляю Вас мужем и женой. Совет Вам да любовь!
Про первый свадебный поцелуй напоминать не пришлось.
— Вы извините, что церемония такая короткая и сумбурная, — краем уха я ловил отговорки быстро собиравшейся женщины в бежевом, — просто следующая пара уже, опаздываю… Да вы все равно меня не слушаете. Вадик, все, полетели. Колбаса, тьфу, невеста ждет!
Раздалось жужжание, которое, впрочем, скоро стихло, сменившись на привычные звуки свадьбы за забором. На ближайшем дереве тихонько каркнул ворон и куда-то улетел. Время неслось, как горная река вниз по скалам, а мы все стояли и стояли, не в силах оторваться друг от друга.
Шестнадцатое апреля 2127 года. Восьмой день нашего с ребятами опасного приключения. Первый день нашего с Юлей счастливого приключения.
========== 326 ==========
Мы вернулись обратно к веселой свадьбе, чтобы найти ребят и поделиться с ними своей радостью, клокочущей внутри и рвущейся на свободу, словно раскаленная лава в жерле просыпающегося вулкана.
Но за столом их не было, впрочем, как и Руслана. Куда-то подевались и наши соседи в бордовом. В остальном ничего не изменилось, разве что гости уже успели поделиться на три традиционные группы: первая, состоявшая в основном из старших родственников, окружила стол молодых и неистово тягомотно желали, желали, желали; вторая группа, такая же немногочисленная, как и первая, весело отплясывала под звуки современной попсы вместе с голограммой певицы, немного запаздывающей с открытием рта под музыку, что, впрочем, было явлением нередким и в наше время. Третья же группа была весьма традиционна в своем поведении — ведя живые разговоры, смеясь и шутя, они помнили о самом главном, зачем люди ходят на свадьбу, и поэтому не спешили оторваться от своих тарелок, рюмок и бокалов. Была и четвертая группка, спрятавшаяся за домом и состоящая всего из трех человек: хозяйки Анастасии и еще двух незнакомых мне мужчин, уже успевших неведомым образом наклюкаться. Как бы Анастасия не пыталась вести себя потише, у нее это выходило плохо.