— Если вы окончательно пропили свои мозги, — громогласным шепотом отчитывала она, — то это еще не значит, что нужно их выбивать из других!
— А че он, ну это, не-е-ет?! — один из алконавтов пытался вяло защищаться. Второй лишь сидел рядом и пьяно улыбался.
— Да тебе-то какая разница, да или нет? Тебе человек ясно дал понять, что не будет с тобой пить, а ты что?
— И че, я че? Ниче… — обвиняемый уходил в несознанку.
— Да? Значит, бутылка сама абсолютно случайно свалилась ему на голову с небес?
— Именно! Я ниче, все…
— Пошли нахрен отсюда оба! — взорвалась Анастасия Владимировна так, что даже голограмма зарябила, а гости на секунду забыли, что горячее в их тарелках стремительно остывает, пока они отвлекаются. И только лишь глуховатые старшие родственники как ни в чем не бывало продолжали желать, желать и желать.
Культурно, ограничившись всего лишь одним пинком, выпроводив пьяниц за пределы дома, хозяйка, все еще красная от злости, подошла ко мне с Юлей. Внезапно захотелось немного уменьшиться в размерах, но нет, буря уже отгремела:
— Извините, пожалуйста, за этот инцидент. Как знала, что не надо было эту пьянь подзаборную звать, весь праздник испортили. Свадьбы без драк, конечно, вещь редкая, но не в самом же начале! И так подло, со спины…
— С кем они сцепились-то? — просто из любопытства и вежливости, чтобы поддержать разговор, спросил я.
— Вы не видели? С вашим парнем же. Такой, с тебя ростом, светленький, с бородой.
— Где он?
— В спальню отнесли.
— Отнесли?! — ужаснулась Юля, но ответа не получила, потому что я, ничего больше не дожидаясь, утащил ее в дом.
Пронесшись по коридору, мы ввалились в спальню. На кровати виднелись только ноги Ильи, остальная его часть была скрыта за Машей и знакомой бабулей, склонившимися над ним. Дедушка и Руслан делали то, что от них требовалось — сидели на диване и не мешались.
— Как он? — выдохнул я.
— Не дождешься, жить буду, — растягивая слова, пробухтел мой друг.
— Все нормально с ним. Состояние относительно удовлетворительное, — обернулась бабушка, — осколками скальп немного посекло, но это ерунда, Мария остановила кровь и наложила повязку. Хуже то, что под подозрением среднетяжелое сотрясение мозга. Однако парень на редкость крепкий попался, — она улыбнулась, — думаю, через два-три дня снова вернется в бой.
— Я уже готов в бой, — Илья попытался встать, но тут же перегнулся через край кровати и явил нам все то, что успел съесть, в предусмотрительно поставленный у изголовья таз.
— Илюшенька, не спорь с Евгенией Михайловной, — Маша аккуратно уложила парня обратно и заботливо вытерла остатками бинта его заросший подбородок от остатков салата. — Она врач, ей виднее. Если сказала лежать, значит, будешь лежать столько, сколько нужно.
— А еще лучше поспать. Только не на спине.
— Хорошо, — вся боеготовность моего друга улетучилась, и он медленно, не открывая глаз, повернулся на бок. — Но вечером точно пойдем.
— Пойдем, пойдем, — Маша мягко гладила его по руке. — Если поспишь — обязательно пойдем.
Уговаривать не пришлось совсем — Илья провалился в сон в ту же минуту. Чтобы не мешать, все перешли в гостиную. Из открытого окна доносилось: «Саша! Саша! Костя, не отставай!» — начались свадебные конкурсы. Руслан нажал кнопку на стене — створки съехались, и сразу стало значительно тише.
— Расскажите кто-нибудь, что случилось?
— Все как всегда, — взяла слово Маша, — мы сидели, никого не трогали. Тут нарисовались два алкаша и говорят, мол, парень, а что ты такой грустный сидишь, не пьешь? Выпей с нами. Илья вежливо отказался, но они не унялись: «Ты че, брезгуешь? Не уважаешь?» Тогда он им спокойно объяснил, что ему нельзя, какая-то генетическая мутация, нет какого-то фермента, и алкоголь поэтому не усваивается совсем. Пьяницы вроде успокоились, Илья отвернулся обратно к столу, и тут, внезапно, один из тех взял и огрел его бутылкой по голове, да с такой силой, аж осколки в разные стороны брызнули. Хозяйка дома их двоих сразу же за шкирки куда-то уволокла, а Илюшеньку, потерявшего сознание, мы отнесли в комнату, подальше от посторонних глаз. Спасибо Евгении Михайловне и Станиславу Анатольевичу, что помогли.
— Так все и было, — кивнул Станислав Анатольевич — дедушка в бордовом. А до меня только сейчас, когда эмоции схлынули, дошло.
— Евгения Михайловна, а вы, случаем, не?.. Ленин жив?..
— Ох, и вы туда же? — грустно вздохнула она, подтвердив мою догадку. — Ленин будет похоронен. Но, боюсь, вы опоздали немного. Через два дня, когда ваш друг окончательно встанет на ноги, на базе уже никого не будет.
— Сейчас они там? — включился Руслан.
— Кто-то еще должен быть точно.
— Отлично. Тогда поступим следующим образом: вы втроем, — он тыкнул на меня, Юлю и Машу, — быстро дуете туда и делаете все, что нужно. А я остаюсь здесь с нашим пострадавшим, все равно мне на базу нельзя.
— Я тоже остаюсь здесь, — воспротивилась было Маша, но под весьма красноречивым взглядом Берсеньева сразу же затихла.
— Идете втроем, не обсуждается. Неизвестно, что вас там внутри ждет — каждый будет полезен. Евгения Михайловна, объясните им все?
— Конечно. Но только в моем доме, подальше от случайных свидетелей и ушей. Здесь близко, пойдемте, — супруги встали и направились к выходу.
— Можно еще одну минутку? — попросил он. — Мы решим еще пару вопросов, и они догонят вас.
— Будем ждать на улице. Дорогой, не будем мешать.
Руслан крутанул свое кольцо и что-то ему буркнул, после чего без спросу пожал мою руку. Кольцо на пальце завибрировало.
— Оставил свои контакты, — пояснил он. — Буду ждать вас тут, но если что-то пойдет не так, то дам знать. Или ты сообщай. Что хочешь делай, но не дай им забрать у тебя кольцо. И еще кое-что, — Руслан залез во внутренний карман, достал какую-то бумажку и отдал ее мне. — Поможет наладить контакт. Действуйте аккуратно, но уверенно — не достанете этот камень — никто его не достанет. Успехов!
Закончив, он крепко пожал мою руку. Уже просто так, в знак уважения. Коротко кивнул девчонкам и улыбнулся в надежде их ободрить. Началась самая ответственная часть плана.
А наш с ребятами собственный план рухнул, как соломенный домик Ниф-Нифа под мощным выдохом волка, из-за травмы Ильи. Просто так от Руслана нам было уже не ускользнуть. Но этот вопрос будет решаться позже — сначала все же нужно было заполучить камень.
========== Глава 3. 331 ==========
Что бы это ни было, а бойтесь данайцев, даже дары приносящих!
©Из мифа о Троянском коне
Глава 3,
о глобальном потеплении, пользе разведки для современного общества,
делах кармических и бессоннице власть имущих
Левизак неспешно плыл по воздуху вдоль реки, все еще скованной темным льдом, приближаясь к монструозному черному зданию непонятной формы, окруженному еле заметными издали силовыми полями, то появляющимися при особо сильных порывах метели, то вновь исчезающими из виду.
— Мда, ну и погодка, — покачал головой водитель, переключая дворники на максимальную скорость. Тут же, не выдержав нового темпа, дворник со стороны пассажирского сидения отключился и застыл под сорок пять градусов. Стекло сразу же залепил тяжелый липкий снег, лишая пассажира нормального обзора дороги, хотя ему это было и не особо важно и нужно.
— Опять! Гребаный дворник, уже третий раз за полмесяца!
— Починят и в четвертый. За государственные деньги, чтоб и не починить бы лишний раз? — флегматично заметил спутник водителя. — Ты лучше глянь, что с рекой. На дворе пятнадцатое апреля, а на начало ледохода даже намека нет — Северная Двина там до дна промерзла, что ли? Каждый год лед сходит все позже и намерзает все раньше. Может, новый ледниковый период наступает?