Женщина все также подозрительно смотрит на меня, пятится назад к машине, и я понимаю, что сейчас снова останусь одна посреди пустынной дороги рядом с лесом, кишащем монстрами.
- Пожалуйста, -по моим щекам текут горячие слезы. Я опускаю голову и больше не смотрю на свое упущенное спасение.
- Ладно, прыгай, - слышу тяжелый вздох и неуверенный ответ. – Только без глупостей. Я на карате в детстве ходила, если что. Как дам по мозгам, сразу про глупости свои забудешь, поняла?
Я же, не веря тому, что слышу, все также сижу на асфальте, роняя слезы.
- Ну что застряла? Давай быстрей шевели копытами. А то и передумать могу!
Спасибо тебе Господи, спасибо!
В машине тепло и уютно. Пахнет цитрусами и бензином. По радио играет неизвестная мне мелодия, тихая, успокаивающая, убаюкивающая.
Первое время мы едем молча. И я замечаю одну из странностей, ранее не бросившуюся мне в глаза. Нам не попадается ни одной машины по встречке. И не одной не едет за нами. Будто мы одни на дороге. Во всем городе. А может и во всем мире. Я очень хочу ехать так бесконечно, смотреть в окно на пролетающие мимо деревья и ни о чем не думать.
- Куда тебя везти-то, шизик? – женщина смотрит на меня с опаской, но заинтересовано. – Где живешь-то? Что-то я тебя не помню, а я наших местных всех знаю.
Называю свою улицу.
- Нет здесь такой, - женщина пожимает плечами и начинает смотреть еще более подозрительно.
Я называю свой город. И тут она начинает хихикать.
- Шутишь что-ли? И как ты оттуда к нам попала?
Я лишь пожимаю плечами, не понимая, что здесь смешного.
- И как я должна тебя туда отвезти? Я же не самолет. Ты хоть знаешь где ты сейчас находишься?
- Нет, - шепчу я.
- Даааа… Точно обкуренная. Дорогая моя, ты в Венеции.
Мой взгляд красноречивее слов, как можно шутить в такой ситуации?
- Ты думаешь, я шучу? – и моя спасительница вновь разражается противным хихиканьем. – Да поселок наш так называется - Венеция. Смешно, конечно, но его лет 200 назад так назвали. Вот мы и живем в нашей мини Италии, о которой мало кто слышал.
Видимо я совсем перестала что-либо соображать, сидя в подвале и убегая о монстров. Но единственный вопрос, который меня сейчас интересует:
- Как же мне добраться домой?
- Никак! – весело отвечает моя собеседница. – Совсем никак, дорогая. Поздравляю, ты застряла на острове.
- На острове??? – мне кажется, меня уже ничем нельзя удивить, но у женщины это прекрасно получается. – На острове??? – мой мозг готов расплавиться. Только начавшая меня отпускать паника, вновь возвращается ко мне и бьет наотмашь по вискам.
- Да на острове, на острове. Наш поселок на воде стоит. В том году мост весной при наводнении снесло и так его никто и не восстановил. Денег нет. Да и не надо это никому. Тут живут -то одни стариканы, да мы с мужем. Да садоводы-огородники на лето иногда приезжают. Приплывают точнее. От нас на другой берег, откуда тебе в свой город добраться надо, только на лодке переплыть сейчас можно. Опасно, конечно, ветра сильные, но можно. Да вот лодок у нас раз- два и обчелся на весь поселок. Вот и говорю, что добраться тебе до дома сейчас никак не получится. Либо на лодке, либо зимы ждать, когда озеро замерзнет и по льду пешочком.
- Но… - мне кажется, что я растекаюсь по сиденью автомобиля. Спина взмокла, по вискам текут холодные капли пота, а в голове - настоящий ядерный взрыв.
- Но, что же мне делать? У меня здесь никого нет, денег нет и вообще… Отвезите меня тогда в полицию, пожалуйста.
Женщина вновь подозрительно меня оглядывает. О чем-то задумывается. А потом решительно заявляет:
— Вот что, дорогуша, я тебя скажу. Полиции у нас в поселке нет, говорю же одни старики. Участковый дядя Вася спился на днях. Хоронили недавно. Другого нет.
Я еще плотнее вжимаюсь в сиденье. Лишь бы не высадила меня где-то здесь на обочине. Лишь бы добраться до посёлка, а там я … А что я там сделаю-то? Утоплюсь? Лучший вариант из возможных, учитывая, что я не умею плавать.
- А позвонить можно?
- У нас не ловит здесь ни одна вышка уже больше года. Ты в зоне отчуждения, дорогуша. Вот такие вот дела.
Она вздыхает слишком тяжко и выдыхает:
- Короче, ты, конечно, очень подозрительная и больше похожа на шизика или маньяка, но я тебе помогу, так и быть. Жалко мне тебя, а у меня душа ко всяким жалостливым лежит. Давай так, ты едешь ко мне, у мужа моего лодка есть. Согласится – отвезет тебя, потом спасибо скажешь. Нет, так дальше думать будем. Только муж на работе сейчас, он на рассвете всегда уезжает. Придется до вечера ждать. По хозяйству пока поможешь. А там уж вечером решим. Ты только расскажи мне все-таки как ты дошла до жизни-то такой, дорогуша?