Ещё раз, поцеловав ребёнка в лоб, он тихо шепнул ему на ушко:
- Слово мужика.
- Уснул? - вполголоса спросила Карина, когда Тимур вошёл в комнату. Теперь они поменялись местами. Она стояла у окна, даже не обернувшись на приход мужа, а он, приблизившись к ней, осторожно обхватил её за плечи.
- Вроде бы.
- Ты колготки ему сменил? В шкафу на второй полке были сухие. Нашёл?
- Нашёл, - не встретив с её стороны сопротивление, Тимур обнял жену. - Карин, ты прости меня...я сорвался, просто день был не из лёгких. Но ты...ты тоже столько глупостей наболтала. Ничего у меня с НЕЙ нет. Я понятия не имею, как она нас нашла и чего хочет. Но в любом случае, я сделаю всё, чтобы мы с ними не пересекались. Я завтра же расторгну договор с её мужем.
- Правда?
Тут же обернувшись, Карина с надеждой заглянула в его глаза.
- Конечно, правда. Я тебе обещаю, с нашим возвращением домой ничего не изменится. По крайне мере между нами.
- Тимур, - обняв его в ответ, Карина прижалась к груди мужа. - Я тебя так люблю.
- Да, - поцеловав жену в макушку, мужчина опять устремил взгляд в окно, уже как на автомате ответив, - я тебя тоже.
Он больше не заморачивался, не терзал себя мыслями и догадками, правду ли он сказал жене? Любит ли он её на самом деле? Почему-то именно сейчас ему стало решительно всё равно. Возможно, наконец, набрался смелости, чтобы хоть самому себе ответить на этот вопрос, а возможно, его просто перестало это волновать. Но вот в чём мужчина был действительно уверен на все сто процентов, так это в том, что он действительно, никогда больше не впустит ЕЁ в свою жизнь. Да и разве теперь у него есть СВОЯ жизнь? Она уже давно поделена между двумя людьми...ну или по крайне мере сыну-то точно принадлежит. И никаких сложностей, лишних, совершенно ненужных проблем он искать не собирался. Тимур с уверенностью думал о том, как завтра окончательно разорвёт с ними все отношения и даже не догадывался, что именно завтрашний день перечеркнёт все планы и ещё раз покажет, что судьба с лёгкостью всех переиграет.
*
****
- По-твоему это выход?
Алекс не услышал, как жена вошла в комнату, и поэтому не успел спрятать ещё даже не начатую бутылку. Сначала, когда Рита села рядом с ним, окинув каким-то сухим и даже безразличным взглядом стол, на котором помимо водки была ещё довольно скудная закуска из пакетика сухариков и плитки шоколада, он хотел было спрятать все эти 'улики', а попросту говоря очередные следы своей слабости и беспомощности, но передумал. Вместо этого его губы растянулись в глупой виноватой улыбке, и он бросил на жену такой жалостливый взгляд, слово ждал от неё помощи. Причём как не странно сейчас он был бы даже рад уловить упрёк в её глазах и выслушать тысячу обвинений. Тогда бы хотя бы знал, что делать. Он, как и всегда стал бы рассыпаться в сотнях извинений и попытался бы обнять её, но...Рита была совершенно спокойна. Более того она не то что не кричала, в её глазах не было даже единого намёка на упрёк. И Алекс растерялся. Он не понимал, что она сейчас чувствует, и потому не мог даже предположить, что ему нужно сделать.
- Ты был в 'Ремарке'?
- Да.
- И что?
- Обещали позвонить.
С губ Риты сорвалась усмешка, и Колесникова передёрнуло. Столько тоски, отчаяния, а главное безысходности было в этом голосе, что он сам чуть не взвыл.
- Ну, а к Шиншину ходил?
Алекс уловил промелькнувшее в глазах жены презрение. Он знал, что ей самой было противно спрашивать про конторку этого мерзкого отвратительного старичка, у которого она и сама когда-то работала, и который пытался прибить к ней крылья. А потому прозвучавший ответ добил её окончательно.
- Ходил. Но оттуда не надо даже звонка ждать.
Да его не брали даже в эту жалкую конторку. Точнее, конечно, место в рядах весьма среднего класса было предложено, но какой смысл работать за те копейки, которые там предлагали и которые никак не могли их сейчас спасти?
- Хозяйка звонила?
Голос Риты был абсолютно спокоен, но мужчина знал, что она сейчас чувствует. Знал и поэтому очень боялся всё-таки прозвучавшего вопроса. Алекс прекрасно понимал, что ответ на него добьёт её окончательно, но и соврать тоже не мог.
- Звонила. Сказала, что мы должны погасить долг за два месяца и съехать к концу недели.
Алекс не стал добавлять, что ко всему прочему новые жильцы уже были найдены, и к концу недели им действительно надо было освобождать квартиру. А мало того, что идти им было некуда, они просто никак не могли погасить задолженность, за которую хозяйка обещала подать на них в суд. Но, несмотря на то, что Алекс об этом умолчал, его жене от этого легче никак не стала. Она итак сама вполне чётко представляла реальное положение дел. Хотя, когда Рита открыла бутылку, до самого горлышка наполнила рюмку и залпом её осушила, мужчина всё же сконфузился. Обычно, несмотря на все проблемы, Рита держалась стойко. Впрочем, мужества ей и сейчас было не занимать. Она не то, что не показала своего страха (который, несомненно, сейчас овладевал ей), она даже ни в чём не упрекнула мужа, хотя он всё также продолжал этого ждать.