- Так объясни мне! Я что тупой, не пойму?
- А я не могу тебе этого объяснить, - просто ответил мужчина, - я сам себе этого не могу объяснить. Столько лет жил без неё, и жил нормально, спокойно, счастливо, ничем не терзался, практически не вспоминал о ней, думал, что уже давно забыл, а, оказалось, стоило только увидеть...и всё к чертям полетело. Не могу без неё. Ни дня не могу. Понимаешь?
- Да ней дай Бог, - хоть на лице Олега играла усмешка, ответ прозвучал абсолютно серьёзно. - Надеюсь, у меня никогда так крыши не снесёт! Ты сам-то понимаешь, что это какое-то безумие? Из-за какого-то давнего увлечения, ну пускай даже и любви уходить из семьи...Ты, что правда будешь разводиться?
- Честно? Я понятия не имею, как мне поступить. Знаю только, что с Кариной жить больше не смогу. Даже, если она простит, даже, если я откажусь от Риты и постараюсь всё забыть, мы сможем построить только какую-то призрачную иллюзию семьи, да и то вряд ли. Но с другой стороны, вот так рубить с плеча....Знаешь, что меня больше всего пугает? Сашка. Я боюсь, что в случае развода просто потеряю сына. Она итак начала настраивать его против меня.
- Кто? Карина? Каким образом?
- Говорит ему, что я их бросил, что мне нет до них никакого дела. Представляешь, я его позавчера из садика приехал забирать, а он, как только меня увидел, в угол зажался и не подошёл. Обычно, радостно бежал обниматься, а тут стоит, насупив губы, и обиженно на меня смотрит. Оказывается, Карина ему внушила, что я полюбил другую тётю, которая скоро родит меня другого, гораздо более любимого ребёнка, а он мне уже не нужен. Ну, вот как мне после этого себя вести?
- Даааа,...какие же всё-таки бабы дуры! Детьми манипулируют!
- В том-то и дело, - резко подавшись вперёд, горячо заговорил мужчина. - Я хочу развестись, очень хочу. И если честно, плевать мне на все эти восемь лет, что мы прожили вместе. Я, наверное, скотина полнейшая, но я за собой даже особой вины не чувствую. Перед НЕЙ не чувствую, а перед сыном...Я как представлю, что он может стать разменной монетой во всём этом деле...Дьявол, если бы было можно забрать его, оставить после развода себе, но это просто нереально! Как я могу лишить ребёнка матери?
- Да, дело тупиковое...Может подождать, пока Сашка подрастёт чуть-чуть?
- Я думал об этом, но, сколько придётся ждать? Десять, пятнадцать лет? ОНА не согласится, да и я сам так не смогу, - устало потерев глаза, Тимур резко помотал головой, видимо желая избавиться от этих и без того уже который день не дающих ему покоя мыслей. Достав из-под стола большой разноцветный пакет, мужчина широко улыбнулся. - Глянь, что я Саньке купил. Он давно именно о таком мечтал. Пришлось не один магазин объездить.
- Ничего себе! Я сам готов в детство впасть, чтоб с таким вертолётиком повозиться.
- Ты лучше прикрой меня, - рассмеявшись на слова друга, Тимур встал с кресла, бережно, боясь что-нибудь сломать, поставив на стол подарок. - Я, когда Саньку в прошлый раз из садика забирал, мне воспитательница сказала, что у них сегодня должен быть какой-то праздник. Мой стихи будет читать, а под конец, с остальной мелочью танец танцевать. На танец, я конечно, вряд ли останусь, но хоть на полчасика заскочу, стишок послушаю и подарок подарю. Если Рахманенько раньше приедет, встретишь его? А то я могу опоздать.
- Да без вопросов! Езжай, конечно, к своему соплюхе. Дети - это святое!
Как только мужчина оказался на детской площадке, абсолютно все, самые мрачные и самые терзающие его мысли развеялись в ту же секунду. Глядя, как какие-то мальчуганы играют в догонялки, весело, просто до ужаса заразительно хохоча без остановки, Тимур представлял, как засияют глазки его белобрыстика, когда он увидит вертолёт. Огромный, едва ли не больше самого Сашки, с посадочной площадкой, радиопультом и ещё целым пакетов прибамбасов. Мужчина уже даже словно чувствовал объятия и радостный визг сынишки, как вдруг, у самого входа в здание, столкнулся с воспитательницей сына. Крупной, пожилой женщиной, с уже седыми прядями волос, светлыми голубыми глазами и всегда доброй улыбкой. Она его узнала, и почему-то Тимуру показалось, что женщина как-то растерялась.
- Здравствуйте, Нина Григорьевна. Скажите, я не сильно опоздал? Праздник уже начался?
- Начался, - женщина улыбнулась всё той же доброй, но на этот раз ещё и почему-то растерянной улыбкой. - А вы к кому?
- В смысле? - опешив от такого вопроса, мужчина тут же замер на месте, чувствуя как непонятная, ещё ничем не обоснованная тревога уже зарождается в груди. - К сыну, конечно. Саша Вербицкий, младшая группа, вы, что не помните?
- Да нет, помню, разумеется. Просто вы же его забрали.
- Кто забрал? Куда?
- Вчера приезжала ваша жена и сказала, что Саша в наш садик больше ходить не будет.
- Как не будет? - чувствуя, как внутри всё холодеет, Тимур потрясённо уставился на воспитательницу. - Почему?
- Ну, я не знаю, - растерявшись, робко произнесла женщина. - Они вроде уезжать куда-то собирались....А вы разве не знали?
Чувствуя, как дикая паника охватывает всё его существо, Тимур уже был готов взвыть, как подбитый зверь, пока ждал, когда пройдут бесконечно долгие гудки в трубке.
- Чёрт подери, ты где? - сразу же, наплевав на весь этикет и прочую ерунду, грубо рявкнул в трубку Тимур, как только вызов приняли.
- Ух ты, кто позвонил, - с другого конца послышался усмехающийся ироничный голос. - С чего такая честь?
- Твою мать, где ты?! Я был на квартире, там никого нет!
- Надо же, ты решил наконец появиться дома, с чего бы? - всё с той же издевкой в голосе усмехнулась женщина.
- Где ты?! - теряя самообладание, уже просто заорал в трубку Вербицкий.
- Успокойся, чего так нервничаешь? Я уехала.
- Куда?
- Куда захотела, туда и уехала. Я женщина свободная, ни перед кем отчитываться не обязана.
- Где Саша?!
- Что значит где? Со мной, конечно!
- Какого... - едва сдержав, душащую его нецензурщину, Тимур уже побледнел от злости. - Какого чёрта ты увезла его без моего разрешения? Какое ты имела на это право?
- Тимур, я не буду с тобой разговаривать в таком тоне, хотя нет, я с тобой вообще не буду разговаривать. Созвонись со своими адвокатами, они тебе всё объяснят.
- Что? Какие адвокаты? Ты вообще о чём? Где Саша?
Ответа мужчина не получил. В трубке послышались гудки.