Тимур остановил машину прямо у подъезда моего дома. Откуда он узнал мой адрес я спрашивать, конечно, не стала. Зато с моих губ слетел другой, совершенно не нужный сейчас вопрос:
- Тимур, а сколько тебе лет?
Мужчина обернулся, бросив на меня удивлённый и немного насмешливый взгляд.
- Да по-больше тебя буду, Шмакодявка.
Я пропустила его ухмылку мимо ушей.
- Нет, ну серьёзно, сколько?
Он молчал несколько секунд, не сводя с меня какого-то уж больно хитрого и довольного взгляда.
- Помнишь памятник возле фонтана на площади? Знаешь, сколько лет он уже там стоит? Так вот прибавь к этой цифре 10, а потом то, что получится, раздели на три.
Тимур довольно ухмыльнулся, а я вспылила.
- Издеваешься? А просто, без этих загадок, ты сказать не можешь?
- Даже не знаю, с чем у тебя больше проблем. С математикой или историей? Позор. А ведь ещё девочка из такой благополучной семьи...
Восторг и все эти безумные ощущения от недавно, как мне казалось волшебного вечера, вмиг улетучились.
- Ты, кажется, обещал, что будешь вести себя нормально, без этих издёвок?
- Как я понял, наше прекрасное свидание подошло к концу. Уговор перестал иметь свою силу. Тимур вернулся.
Вербитский широко улыбнулся, подмигнув мне. Прикусив нижнюю губу, я постаралась подавить подымающуюся во мне волну ярости.
- Жаль, а я уже думала, что ты начинаешь превращаться в нормального человека, - прежде чем выйти из машины, я всё же не сдержалась, резко обернулась к мужчине с гневным вопросом. - В нашем городе больше шестисот тысяч девушек, а ты прицепился именно ко мне! Почему?!
Тимур улыбнулся на этот раз, ответив совершенно просто, без всякого сарказма.
- А я в тебя влюбился.
Сначала мне показалось, что я что-то не так расслышала или поняла. Потом до меня дошло, что он просто издевается.
- Почему ты не можешь, хотя бы на один мой вопрос ответит серьёзно, без этих твоих подколок?
Внезапно с его лица исчезла всякая ухмылка. Взгляд стал совершенно серьёзен.
- А я никогда не шучу о таких вещах и не разбрасываюсь подобными словами. Я сказал тебя правду. Я в тебя влюбился.
Открыв дверь своим ключом, я вошла в квартиру и чуть не вскрикнула, когда резко загорелся свет, и я практически нос к носу столкнулась отцом. По его лицу я сразу поняла, что пришёл конец дней моим.
- Всего один вопрос и не дай бог, ты сейчас соврёшь. Где шлялась?
Прикрыв дверь, я спрятала чуть подрагивающие руки за спиной и всеми силами попыталась, подавить улыбку. Господи, я сейчас должна состроить щенячье лицо и задобрить отца чем-нибудь, а не лыбиться как последняя идиотка, раздражая его ещё сильнее. Но так трудно было изобразить чувство вины, когда хотелось петь на весь дом и кружится по квартире в безумном танце.
- Папулечка, ну не злись, пожалуйста, - я обняла отца за шею, уткнувшись носом в его плечо. Я знала, точнее, почувствовала, что он немного смутился. Раньше, когда он меня ругал, я всегда стояла с опущенной в пол головой и даже не пыталась, что-то пикнуть в своё оправдание. - Я знаю, что виновата и готова понести любое наказание. Только давай завтра? Сейчас так спать хочется!
Я клюнула отца в щёку, разулась и сразу же, быстрым шагом направилась к себе в комнату. Я успела только переодеться в пижаму и включить "мульт", прежде чем папа оказался в моей комнате, видимо с него уже успел схлынуть лёгкий приступ удивления.
- Так я не понял. Рита, ты в своём уме? Я чуть весь город на уши не поставил, а она спать хочет? Ты где моталась?!
Я лениво растянулась на кровати, всё-таки не сумев побороть глупую улыбку в половину лица.
- Папуль, ну не злись. Я виновата, но и вы тоже. Бросили меня там...мне же скучно! Да ещё и голова разболелась, решила прогуляться. А потом встретила Дашку - мою бывшую одноклассницу. Ну, мы разговорились, посидели в кафешке....Прости, пожалуйста, я так больше никогда-никогда не буду!
Я свернулась в клубочек, уткнувшись лицом в подушку, попытавшись скрыть так не вовремя выползшую улыбку и подавить рвущуюся волну смеха.
- Это Дашка тебя так развеселила? Ты прямо вся светишься!
Отец скрестил руки на груди. С каждой секундой его взгляд становился всё тяжелее и тяжелее.
- Ну, а чего грустить-то? Жизнь, она ведь прекрасна!
Я растянулась на кровати, и ничего не смогла поделать с растянувшимися в улыбку губами. Мне невыносимо сильно хотелось, то ли вопить от какого-то совершенно безумного восторга, то ли расцеловать отца, то ли пойти на кухню и вообще чего-нибудь наконец-то похавать!
- Тааак, дожили, - отец сел на краешек кровати, взял с тумбочки кружку и поднёс её к моим губам. - Дыхни!