- Что ты со мной хочешь сделать? - с обречённостью в голосе спросил Амрэ.
- Я не буду тебя убивать, - улыбаясь ответил Сатана, - а просто подарю тебе другую жизнь и та жизнь, которой ты жил, покажется тебе раем, поверь мне. - Улыбка не покидала его лицо.
- Прошу тебя, не надо! - с дрожью в голосе взмолился Амрэ, понимая, что машина неспроста его не слушается. - Я исправлюсь, я пересмотрю всю свою жизнь, ну прошу тебя, пожалуйста!
- Не теряй достоинства, мой друг! Я уже всё решил, тебе надо пройти этот путь и потом, если ты выживешь, расскажешь о нём другим недовольным своей жизнью.
- Чёрта с два тебе! - вдруг закричал в гневе Амрэ и бросился на заднее сиденье в попытке вцепиться в шею названому гостю. Но в тот же миг образ растворился в воздухе и оказавшись на заднем сиденье, он услышал только удаляющееся эхо смеха.
В какой-то момент Амрэ подумал, что всё это какие-то игры разума, потому что всё, что произошло, было таким нереальным. Но действительность быстро вернула его на место. Он какое-то время безучастно сидел на заднем сиденье, не совсем понимая, что происходит и наблюдая, как машина без управления мчится в ночи. Чья-то страшная воля неумолимо несла её навстречу смерти. Резко придя в себя, он бросился на своё место, снова и снова пытаясь вернуть контроль над машиной, но все попытки были тщетны, и всё его существо объяло какое-то нереальное смирение. Вот он увидел, как впереди фары дальнего света высвечивают крутой поворот, Амрэ понял как-то спокойно и трезво, что на такой скорости его просто не пройти. Он снова схватился за руль и вдруг в какой-то момент машина попала под его контроль, он начал бешено тормозить и выворачивать, но в какой-то момент остатком разума, потопленного в ужасе, очень чётко осознал – это конец! Краем глаза он только успел увидеть, что спидометр показывал около двухсот километров в час. Вот машина несколько раз сильно вильнула в разные стороны и он, как в замедленном кино, почувствовал, как оторвались от земли все четыре колеса и она, бешено вращаясь в воздухе вокруг своей оси, калечила и убивала всё живое, что находилось внутри.
- Поставьте капельницу, - сквозь бинты он услышал первые слова, вернувшись из небытия.
«Я жив!» - мелькнула первая мысль.
- Что со мной? - еле произнёс он шёпотом.
- Доктор! Доктор! - услышал он стандартные фразы, - больной пришёл в сознание.
Амрэ открыл глаза, почувствовав, как медсестра смазывала его ресницы какой-то жидкостью. Половина тела была чуть приподнята и он с ужасом увидел, что весь он с ног до головы был перемотан бинтами.
Вот он увидел, как к нему подошёл пожилой врач, седые волосы выбивались из под колпака и внимательный взгляд из-под очков как бы говорил, что он видал и не такое и это вселяло хоть и маленькую, но надежду.
- Ну, здравствуй Амрэ, как ты выжил, я до сих пор не могу понять… Чтобы тебя достать, всю машину пришлось разрезать по частям. Считай, тебе очень повезло, что ты ещё можешь смотреть на этот свет, ты пролетел около двухсот метров от трассы, представляю, как быстро ты ехал, лётчик ты наш.
Амрэ попытался рассказать о том, что с ним произошло, но, одумавшись понял, что ему никто не поверит.
- Доктор, что с моим телом? - спросил он пересохшими губами, - я не чувствую своих ног.
- Держись мой мальчик, - по-отечески и как-то печально тихим голосом ответил доктор. Сам должен понимать, чудо то, что ты вообще жив, но… - сделал паузу доктор, - твой позвоночник пострадал сильно, к сожалению нижняя часть тела теперь не функционирует. Мне очень жаль, - добавил он, строго смотря Амрэ в глаза, - но ты должен найти в себе мужество жить с этим, молодые, горячие, всё несётесь куда-то, а итог…
В груди Амрэ почувствовал дикий холод, а сердце как-будто остановилось, он вдруг заплакал от невыносимого отчаяния, которое заполнило весь его разум.
- Только не это! Но как?! Как так?! Я же не по своей воле, будь проклят! Будь проклят! Сатана, как ты посмел?! Как ты посмел?! - кричал он снова и снова, пока не подействовал укол и он не погрузился в спасительный сон.
В больнице родного города он провёл почти три месяца, не счесть было выплаканных слёз и причитаний, родные как могли утешали его, обещая найти способы поставить его на ноги. Бесконечные уколы, системы, таблетки, стали неотъемлемой частью его вдруг изменившейся жизни и он чувствовал, как его дыхание и тело обрели устойчивый запах лекарств. Настала совсем другая жизнь, о которой он не имел представления. Инвалидное кресло, на которое он раньше смотрел с содроганием и люди, на которых раньше он старался не смотреть, уже стали как родные и надев перчатки с отрезанными наполовину крагами, он медленно мог перемещать кресло в пределах квартиры своих родителей. Время ко всему приучало и если раньше Амрэ стеснялся своего нового положения и когда его вывозили на улицу гулять, надевал солнечные очки и бейсболку, то теперь не видел смысла в конспирации и смирился со своей нелёгкой участью инвалида. Став им, он свежим взглядом увидел все жизненные неудобства, которые испытывали они и чувство постоянного одиночества и отчуждённости. Смотря из окна на улицу, Амрэ наблюдал за ветром, который срывал с деревьев уже пожелтевшие листья и уносил их в неизвестном направлении.