- Она всегда была такой? – спросил Марк моего брата.
- Что значит «такой»? – возмущенно спросила я.
- Занудой, - протянул парень.
- Человек, который не вламывается в чужие номера, не сбегает от полиции и не скачет по крышам, теперь считается занудой?
- Но ты тоже вломилась в номер.
- Я хотела посмотреть, что там происходит!
- И сбежала с «преступником», - здесь Марк гордо показал на себя.
- Ты меня держал за руку!
- У тебя совсем не было сил вырваться? Ты больна холерой?
- Да пусть хоть и холерой, зато ты болен на голову!
- Ох, какие остроты, какой пыл! Тебя сейчас разорвёт, - насмехался парень, - Что-то впервые пошло не по плану и ты подчинилась мужчине! Вот так истинное унижение!
Лёва, который всё это время хихикал над нами, как воспитатель над своими «птенцами», остановил нас:
- Всё, брэйк ребятки. Довольно.
Как ни странно, его спокойный и снисходительный голос действительно нас успокоил. Я подумала о том, что веду себя очень глупо и остановилась.
- Однако, впредь я не оставлю тебя наедине с моей сестрой. Ты подверг её опасности, это не простительно, - строго обратился мой брат к Марку.
Хоть одна здравая мысль за вечер!
- И да, спасибо, что выручил меня! Чувствую, этот мужчина задал бы мне приличную трёпку, - снова добавил Лёва, но уже благодарным голосом.
- А кто это был? – моё любопытство взяло вверх над обидой.
- Отец девушки, с которой я познакомился. Она сама привела меня домой, а он пришёл раньше… Никто не ожидал.
Я взялась за голову. Моему брату было 26 лет, а он вёл себя, словно 16летний подросток. Хотя я и сама подавала не лучший пример. Я направлялась в карликовое государство с каким-то неизвестным парнем, который хотел обокрасть чужой номер и «героем-любовником», который не удержал свои пылкие чувства к итальянским девушкам даже в первый день нашего приезда.
Чего стоило ожидать дальше?
Глава 2. Сан-Марино
Город надежд и средневековых замков
Эмоции отпускали мой пленённый разум. Как после прыжка в холодную воду тело начало согреваться, а мысли приходили в порядок. Парни ещё долго разговаривали и смеялись. Они получили свою порцию адреналина, и, похоже, их не смущали ни полиция, ни штрафы, ни проблемы. Они были знакомы всего один день, но разговаривали и смеялись так, будто были старыми друзьями, что встретились после 10 лет унылой семейной жизни.
Доверять Марку не стоило ни по каким причинам, однако, Лёву это не смущало.
Он всегда отличался наивностью, но не столь масштабной. Значит, его сердце что-то чувствовало. Мой брат в этом преуспел лучше меня. Я слишком долго заглушала его стук, слишком долго превозносила разум над сущностью бытия. В какой-то момент я внушила себе, что ум – самое ценное, что у нас есть. И по какой-то неведомой причине он всегда вступал в борьбу с моим сердцем. Я окончила университет с красным дипломом, но была так глупа! Я осознавала это каждый день, каждый раз, когда ложилась спать. Я страдала бессонницей с 14 лет. Много думала, не могла унять буйство мыслей. Боролась. Каждую ночь, когда физическая усталость не брала надо мной вверх, я воевала со своими мыслями. Я любила свою жизнь, но что-то явно не давало мне покоя.
«Кто я?» - постоянно крутился вопрос в моей голове.
Сейчас я ехала в итальянской электричке с двумя безумными парнями, слегка чокнутыми, обаятельными и счастливыми. Я смотрела в окно, вокруг уже было давно темно, и только свет в вагоне отражал их улыбающиеся, усталые и такие блаженные лица.
- О чём задумалась? – спросил меня брат и ткнул локтем, - Не переживай только. Денег хватит, и я помню, как ты с детства мечтала побывать в Италии. Так есть ли смысл сидеть в одном городе, пусть и в таком прекрасном?
После этих слов Лёва улыбнулся своей очаровательной улыбкой. Я обняла его руку и положила голову на плечо. Марк на нас посмотрел добрым и спокойным взглядом. В голову пробралась дерзкая мысль: может этот парень не такой уж и негодяй? Это противоречило всем разумным и неразумным доводам, однако ему верил дорогой мне человек. Тот чьё сердце было умнее моего разума. В конечном итоге, с нас нечего было взять, и может, нас больше не ждали неприятности …
Мы приехали в город-страну глубокой ночью. Сан-Марино формально уже не считался Италией, а гордо именовал себя карликовым государством. Местные жители отождествляли себя с древнейшими республиканцами и не забывали кичиться уникальным гражданством. Однако, как и в Италии, здесь господствовали тот же язык, те же законы и правила. Вдобавок, как и в «соседней» со всех сторон стране, здесь не было никакой ночной городской жизни. Никаких отелей мы не бронировали, а значит, шанцев где-то переночевать у нас не было. Уже в восемь вечера все разбредались по домам, и только влюблённые парочки гуляли до десяти. После захода солнца невозможно было поймать какой-либо транспорт.