Она была согласна! Весь вечер женщина примеряла костюмы и «наводила красоту». Она даже откопала в шкафу свой сценарий и ходила по комнате, декларируя текст. Мы тем временем создавали декорации, а Марк печатал на компьютере афишу и приглашения.
В этом городе было около 400 человек. Мы за весь следующий день обошли почти все дома и постучались во все двери. Нам открывали улыбающиеся итальянцы, в основном это были люди пенсионного возраста. Мы улыбались, а Лёва рекламировал спектакль с помощью зазубренного итальянского монолога. Люди кивали и многие даже охотно соглашались прийти. В этом поселении, недалеко от главного города Сан-Марино, всё равно ничего особенного больше не происходило, а Чезетту знали все, судя по реакции жителей. Они были рады, что женщина решила снова вернуться на сцену, пусть и в маленьком домашнем спектакле.
В «день премьеры» женщина волновалась, будто ей предстояло выступление в Театре Ла Скала перед достопочтейнейшими дамами и господами. Марк был рядом. Её подруга с соседнего дома тоже успокаивала Чезетту и наводила ей марафет. Хозяйка позволила мне надеть одно из её вечерних платьев, а брату и Марку дала белоснежные рубашки своего сына, которые были сшиты из отличного материала 80х годов. Её любимчику достался даже чёрный пиджак и бабочка, а моему брату классический галстук. Мы должны были принимать гостей, а Марк сидел на звуке. Весь предыдущий день, когда мы занимались приглашением, он репетировал с экспрессивной женщиной её вступления и мизансцены. Парень пришёл домой лишь к 12 ночи весь побитый и истерзанный. Он любил эту буйную женщину, но сказал, что больше не способен вынести её ни минуты.
Наутро всё прошло.
Полшестого вечера мы распахнули двери «театра». Лёва стоял на входе и проверял «пригласительные», просто создавая антураж и атмосферу искусства. Я помогала гостям пройти и сесть на любое понравившееся им место, хотя, когда часы показывали шесть, люди продолжали идти, а садиться было уже некуда. Мы с Лёвой отыскали стулья в других кабинетах и притащили их в зал. Людей оказалось более чем достаточно. Марк сидел в очках за ноутбуком, красивый и ухоженный. Его волосы впервые были уложены, ботинки начищены, рубашка выбелена, а на лице красовалась милая улыбка простого парня. Всё было готово. Хозяин ДК погасил свет.
Прекрасная музыка. На сцену вышла она – женщина, что «подобрала» нас четыре дня назад на итальянском вокзале. Красивая и статная, в великолепном, театральном золотистом платье XIX века. Она начала что-то говорить мощным и глубоким голосом. Мы с братом ничегошеньки не понимали, думаю, Марк тоже. Но это было и не нужно. Мы не улавливали сюжет, но любовались её пластикой, вслушивались в тембр, видели, как она смеялась и плакала, читая какое-то письмо.
Похоже, это как обычно была любовная история. Женщина хорошо отыгрывала свою роль, хотя я последний человек, который может оценить мастерство игры. Главное было то, что она сияла. Свет старых софитов окутывал её тело и обрамлял кожу. Волосы переливались множеством оттенков, а глаза блестели. Казалось, она наслаждалась, отдавалась игре полностью и завораживала зрителей. Возможно, кто-то пришёл из-за жалости, но в итоге все смотрели внимательно и с восхищением. Так сказал Марк, он видел лица зрителей, а мы ему верили. Нам очень хотелось верить.
Когда Чезетта сказала свои последние слова и заиграла музыка, зал начал аплодировать. Мы с Лёвой хлопали стоя, наш жест повторили, по крайней мере, все первые ряды. Люди хлопали и свистели. Лёва достал, спрятанные за сидением, цветы и пошёл вручать главной актрисе. Соседи его поддержали и тоже подарили несколько букетов. Она сияла. В какой-то момент, когда мы подошли совсем близко, то увидели на глазах женщины слёзы. Она плакала и улыбалась.
После того, как актриса получила десятки комплиментов и лестных отзывов она подбежала к нам, и накинулась с объятиями и поцелуями в первую очередь на Марка. Она что-то говорила, но не давала парню ответить. Он смущённо улыбался и изворачивался от бесконечных поцелуев. Следующей жертвой стал мой брат, а потом уже и я. Похоже, у нас всё получилось!
После спектакля женщину пригласили в гости, а мы побрели к ней домой, потому что за день ужасно устали. Марк внезапно стал задумчив и угрюм, каждые пять минут он посматривал на свой телефон, и казалось, за чем-то следил. Когда мы уселись на веранде и открыли в честь нашего триумфа бутылочку «Чианти», Марк ненадолго куда-то отошёл. Я воспользовалась моментом и рассказала брату о том, что видела.
- Я подозреваю, Марк за кем-то следит. Может он хочет ограбить какого-то человека?
- Он похож на искусного вора? - задал резонный вопрос мой брат.