Мы с Лёвой рассматривали странные яркие картины. И мне запомнилась лишь одна. Девушка под зонтиком, хотя, судя по краскам, было солнце. Вдали бежала собачка, а рядом стоял некто в тени. Всё это было выполнено в незнакомой для меня манере: крупными толстыми мазками и с нарочитой небрежностью. Однако было в этой картине нечто знакомое сердцу… она его тронула. К современному искусству нельзя применять математическую точность и логику, оно либо «попадает в цель», либо не окликается даже в памяти.
Мы перекусили бутербродами, попили чай и всей компанией решили прогуляться по центральным улицам города-мастеров. Однако не успели мы поджариться на солнце, как Ричи привёл нас в Уффицы - старейший музей изобразительного искусства в Европе.
Я затрепетала, художник это оценил, а его жена, Марк и Лёва достаточно безразлично поплелись сзади. Когда я зашла, то будто оказалась в другом измерении. Божественный фасад, расписные потолки, колонны, экспонаты. Я наслаждалась!
Большинство картин было написано в самый рассвет Флорентийского Ренессанса. Но особенно я влюбилась в «примитивную» живопись Тосканы. Да, что там, все ребята рассматривали картины и улыбались. Мы сами в Сан-Марино видели подобные пейзажи, и буквально сегодня утром по дороге во Флоренцию рассматривали зелёные виноградные поля и маленькие жёлтые домики, что были будто вырезаны из какой-то милой детской сказки. Эти картины были столь насыщенные, столь яркие, милые и уютные, что казалось мы прибыли «домой». За неделю плотных путешествий я уже так породнилась с этими местами и сумела влюбиться в них до конца дней. Особенно это касалось милых тихих местных деревушек.
Далее шёл коридор, где располагались «святые из святых» картины Леонардо да Винчи. В отличие, от того же Брюллова, его многие полотна хоть и были написаны на религиозные темы, но отличались светлыми тонами. Они радовали глаз. Я просто вздыхала и забывала выдыхать. Сколько глубины! Какая мощь и сила передавалось через эти произведения! Прошло столько веков, а всё, что изображалось было столько же актуально и сейчас.
Далее следовали легко узнаваемый работы Рафаэля и Микеланджело. В третьем коридоре мой брат восхищался скульптурами итальянских мастеров и посетительницами женского пола. Пока мы обсуждали самую знаменитую работу музея картину «Рождение Венеры» у моего брата зарождался очередной курортный роман. Он мило флиртовал с девушкой из Украины, что пришла в музей со своей подругой культурно обогатиться. Мы оставили Лёву в пятом зале, а сами пошли дальше. По пути от нас отстал и Марк, он решил «выпить кофе в местном дорогом кафе» (хотя денег у него с собой, как обычно, не было), а жена Ричи продолжала ходить с нами, не открывая глаз от своего смартфона.
Меня же поражало, как такой вольный импрессионист и информалист, как Ричи, может восхищаться академической живописью? Но он действительно видел во всём этом изысканную эстетику и божественную красоту.
После нескольких часов «скитаний» по небольшому музею, у нас не осталось сил. Так всегда случается, когда внезапно окунаешься в мир высокого искусства. Мраморные стены и старейшие полотна за считанные минуты высасывают из тебя все силы. И не подготовленные персонажи, вроде моего брата сходят с дистанции уже через полчаса, парни покрепче, вроде Марка способны на одной только силе воли продержаться час. Мне хватило двух. Ричи нужно было вытаскивать оттуда силой, но мы не смогли. Молодая пара встретила в музее своих давних знакомых и, как оказалось, очень кстати. Эти ребята обещали прийти на выставку современного художника и разговорились с ним об этом знаменательном событии. Наш новый друг преспокойно вручил Марку дубликат ключей от своей студии-квартиры, и сказал, что мы можем прийти сегодня во сколько угодно и переночевать у него. Мы с благодарностью обняли нашего благодетеля, его молодую жену, и двинулись гулять по вечерним улочкам Флоренции.
Мы прошлись по старому мосту Понте-Веккью, что был похож на детскую раскраску и состоял из лоскутков разноцветных панелей, дошли до площади шумной Синьории и забрались на площадь Микеланджело. С неё открывался восхитительный панорамный вид всего города. Был уже вечер, все многочисленные соборы, башни и дворцы начинали подсвечиваться и излучать волшебную красоту. Вдали виднелись синие холмы, а над ними висели фиолетовые облака. Было так божественно красиво! По моей щеке уже не первый раз прокатилась слеза восхищения. Мне было даже трудно дышать. Я восхищалась этой красотой. По моей спине и моим рукам бегали мурашки. Парни тоже были околдованы. Мы молча стояли и впитывали в себя всё эстетическое великолепие этого города.