Нора изменилась в лице и хлопнула в ладоши. Один из её слуг немедленно подбежал к Вейме, выслушал быстрый приказ и умчался на кухне. Пока его ждали, Марила успела пропрыгать два круга вокруг кресла баронессы на одной ноге и три на другой, при этом всё время она подбрасывала и ловила свой шутовской жезл. Слуга вернулся и так же тихо доложился Вейме, та приподнялась и шепнула что-то своей госпоже. Нора кивнула и слуга поспешно ушёл.
— Откуда ты знала? — удивлённо спросила баронесса.
— Ой, а ты не знаешь, как жжённые перья пахнут? — покрутила носом сумасшедшая. — Небось, и на кухню никогда не заглядывала, а, сестрица?
— Ладно, говори, чего хотела, — прервала её баронесса.
— Так я и говорю — умная я с тобой становлюсь — спасу нет! Отпусти глупостей насобирать!
— Да куда ты их собирать будешь? — рассмеялась Нора.
— Да хоть бы и в подол! — нашлась Марила. — Были бы глупости, а куда собрать завсегда найдётся!
— С кем ты пойдёшь? — уточнила Нора.
— А вот с ними, — кивнула сумасшедшая на своих товарищей. — Они меня знаешь как любят? Тебе и не снилось!
Нора покосилась на кислое лицо Врени, отрешённое брата Полди.
— Может, послать с ней кого? — с сомнением спросила она Вейму.
— Да! — захлопала в ладоши Марила. — Большой Куно, Большой Куно! Пусть он со мной прогуляется!
— Нет! — резко возразила Вейма. — Только не Большой Куно!
Сумасшедшая надулась, но тут же просияла.
— Тогда другого пошли! У вас красавчиков много!
Нора и Вейма переглянулись.
— После того, что она устроила Большому Куно, вряд ли найдётся мужчина, который согласится её сопровождать, — покачала головой Вейма.
— Может, двоих? — задумчиво спросила Нора, но безумица так радостно запрыгала, что эту идею пришлось отбросить.
— Ладно, идите, — решила Нора, — только держитесь людных мест. Когда вернётесь, кто-нибудь вас накормит.
Врени предпочла бы отсидеться в доме. Сетор был маленьким тесным городом, слишком мелким для того количества народу, которое съехалось к турниру. Марила как завороженная, вертела головой. Брат Полди шёл, то шевеля губами и глядя себе под ноги, то вглядываясь в каждого встречного. Врени слишком устала, чтобы кого-то искать, к тому же отчаянно боялась за брата Полди. Она не была уверена, что сможет его защитить, решись кто напасть. Защита не была её сильной стороной.
— Ты тоже их высматриваешь? — тихо спросила Марила.
— Кого? — почти испугалась Врени.
…она знает…
— Братьев моего брата, — загадкой ответила сумасшедшая.
— Откуда им здесь взяться? — отмахнулась цирюльница, поняв, что речь идёт об оборотнях.
— Как это — откуда? — поразилась Марила. — Живут они здесь! Они везде есть! Вон тот медник, например, или тот булочник.
— Но… — оторопела Врени. — Все знают, их по одежде можно узнать.
— Ой, да зачем? — отмахнулась Марила. — Они как все люди одеваются! Ты вот, когда тебе страшно, не вздыхаешь же всякий раз, что хотела бы перекинуться? Так и братья обходятся. Чай, не глупее тебя!
— Но госпожа Вейма говорила, им мешают наши запахи…
— Глупость она сказала! И ничего не мешают! Вон, через нашу деревню как-то проходил купец с большой охраной, так они все, и купец, и охрана, и даже стряпуха были оборотнями. А знаешь, что везли? Пряности с востока! И ничего, нюх не помешал. Через Пустошь спокойно ходят. А если разбойники нападут, ну, что же, кому-то одеждой придётся пожертвовать. Разбойники всё равно ничего никому не скажут, от них и костей не осталось.
— Они людоеды?! — в ужасе спросила Врени.
— Ай, ты думаешь, разбойники с ними о Заступнике собирались побеседовать? — досадливо отмахнулась Марила. — Ты не думай. Кто с ними торгует, тех они не едят. Люди вообще не очень-то вкусные, особенно мужчины. Ну так и ты ведь лучше козу зарежешь, чем козла, верно? А женщины редко нападают…
Она вдруг замолчала и уставилась в толпу перед собой невидящим взглядом.
— Тсс! — прошипела она таинственным голосом. — Слышишь?!
Врени так и не узнала, что напугало Марилу. Дальнейшее произошло быстро. Какой-то оборванец, который шёл за ними, качнулся в их сторону. Спьяну или не успел остановиться, когда сумасшедшая застыла на месте посреди улицы. Марила завизжала и с силой толкнула монаха так, что он упал на цирюльницу, та еле успела его подхватить. Качнувшийся чуть не потерял равновесие и замахнулся на Марилу. Она заверещала ещё громче. Между людьми скользнула большая серая собака, которая вцепилась пьяному в ногу. Сумасшедшая принялась хлопать руками как крыльями и хрипло каркать. Сквозь толпу к ним начала пробираться стража.
Цирюльница глубоко вздохнула и повернулась к ним. На рукавах стражники носили красные повязки, а, значит, подчинялись союзу баронов, а не Сетору.
— Эта женщина, — ткнула она пальцем в Марилу, — придворная дура при госпоже баронессе Норе цур Фирмин.
— Я не дура! — возмутилась сумасшедшая. — Я — дурочка!
Стражники заухмылялись.
— А вы кто такие?
— Несчастные родные этой бедной сумасшедшей попросили меня проводить её на поклонение мощам святого Герарда, — без запинки отозвалась Врени. — Добрый брат взялся наставлять нас в пути. По дороге мы встретились с госпожой баронессой и она изволила приблизить Марилу к себе.
Стражники переглянулись. Собаки в толпе уже не было, но оборванец ещё сидел на земле. История казалась плёвой, не стоящей внимания.
— А это кто? Вы его знаете?
— Он напал на нас! — выкрикнула сумасшедшая. — У него удавка в рукаве!
Ближайший стражник шагнул к оборванцу, наклонился, чтобы поднять его на ноги, но тот боднул стражника головой в живот и помчался сквозь толпу — быстро, хоть и припадая на прокушенную ногу. За ним тут же кинулась погоня, но главный из стражников остался на месте — как и тот, кого боднули, он ещё пытался отдышаться после удара.
— Тут ещё была собака, — услужливо подсказали из толпы.
— Это волкодав из своры её милости! — заявила Марила. — Он увязался за нами из дома Фирмина.
Врени только заморгала. Она могла поклясться, что в свите баронессы никаких собак не было, тем паче волкодавов.
— А сейчас он где? — подозрительно спросил стражник.
— Убежал домой, — терпеливо, как ребёнку, объяснила сумасшедшая. — Он очень умный! Ты не бойся, он не кусается! Он просто этого испугался!
Стражник махнул рукой и принялся проталкиваться сквозь толпу вслед за сбежавшим оборванцем. А Марила подпрыгнула, опираясь на плечо Врени, и закричала. Размахивая руками:
— Большой Куно!!! Милый! Иди к нам — поцелую! Да Большой Куно!
— Оставь его в покое, — хмуро посоветовала Врени. — Это уже не смешно.
— Позови его сама, — неожиданно разумным голосом потребовала Марила и, прижавшись к цирюльнице, шепнула: — Пусть посторожит монаха. А ты иди за мной, слышишь?
— Что? — не поверила своим ушам цирюльница.
— Большой Куно! — продолжила прыгать сумасшедшая. — Люди добрые! Вон мой милый ходит, нос воротит! Помогите, люди добрые! Уйдёт же!
Народ хохотал. Мальчишки свистели, кто-то кинул в Марилу грязью, но Врени успела поймать его за ухо и так выкрутить, что тот завизжал поросёнком и насилу вырвался. Красный как рак Куно пытался ретироваться, но его подталкивали к сумасшедшей.
— Если ты её не заткнёшь, я проломлю ей голову! — взбешённо заявил он цирюльнице.
— Заткну, — пообещала Врени. Марила перестала кричать и принялась прыгать на одной ножке, хлопая в ладоши. — А ты мне за то помоги, пожалуйста.
— Чего тебе надо? — неприязненно спросил баронский кнехт.
Врени кивнула на брата Полди, который глазел по сторонам с восторженным видом впервые взятого в город ребёнка.
— Видишь? Его убить хотят. Только что напал какой-то оборванец. А нам отойти надо, да без него. Присмотришь?