Вечером им объявили предварительные результаты обследований. Все они были практически здоровы, психическое состояние у всех медики признали удовлетворительным. Некоторые незначительные отклонения от нормы у троих из спасенных будут устранены в течение недели. Через десять дней им всем откроется путь на Землю.
Когда они уже разошлись отдыхать, у Сергея в комнате раздался сигнал — кто-то просил позволения войти. Он, не оглянувшись, не спросив — кто, просто нажал кнопку «открыть». Гость нерешительно топтался на пороге, не решаясь сделать первый шаг.
— Проходите, — обернулся нетерпеливо Сергей и осекся, увидев Пола. Не ожидал он его прихода после сегодняшней вспышки в кардиологии.
Пол поднял на него взгляд, непривычно тихий и виноватый.
— Слушай, я там сегодня дурака свалял, — негромко начал он. — Ты не сердись, а? Я сам себе удивляюсь, до чего я на «Скифе» распустился. Истеричка… Чтоб я хоть раз на Сьенне такое выкинул! — он поднял руку, останавливая уже готового возразить Сергея. — Ты нас всех спас. Мог бы не возвращаться, мог забыть, но ты вернулся. Прости меня, Серж.
Сергей почувствовал, как тяжесть спадает с души. После утренних слов Пола на него накатило такое безысходное чувство одиночества — уж если и он не понимает, зачем Сергей вернулся, это конец всему, это означает полное одиночество. А теперь виноватые серые глаза, казалось, согревали, как лучи солнца. Ничего не потеряно. Все вернется. Надо только подождать, и надо быть вместе.
— Да брось ты, — голос юноши дрогнул от переполнявших его чувств. — Я понимаю. Сейчас все на нервах. Это пройдет, там, на Земле. Мы справимся.
— Ты думаешь? — легкая улыбка скользнула по губам Пола, озарив мрачноватое лицо. — Значит, мы вместе?
— Вместе, — Сергей сделал три шага, разделяющих их, протянул руку, и Пол сжал его ладонь с такой силой, будто вкладывал в это пожатие все свои надежды на то, что все будет хорошо.
Глава 5
Лиэлл вернулась в посольство только поздно вечером. Ардорини так и не ушел, получив информацию от Мэллар, что она сначала приедет сюда и только потом отправится домой. Он знал от секретаря, что случилось нечто странное, и что только что закончилось заседание какой-то спешно образованной комиссии ООН. Фрэнк только хотел убедиться, что с ней все в порядке.
Ждал он ее один, отпустив Мэллар домой. Фрэнк привычно ходил по своему постоянному маршруту — от входа к лифтам и обратно, нервно поглядывая на часы. Было уже начало одиннадцатого, когда прозрачные двери распахнулись, пропуская Лиэлл и Гео.
— …Да я в порядке, — на ходу говорила она помощнику. — Еще не знаю, чем закончилось, они будут совещаться и дальше. Меня попросили уйти, поскольку я не вхожу в саму комиссию. Арс обещал сообщить мне результат.
— Мне неловко напрашиваться, — сказал Ардорини, которому нужно было знать, что же стряслось на этот раз. — Но мне бы очень хотелось присутствовать.
Посол посмотрела на него так, как будто только что заметила. У нее был такой усталый взгляд, что Фрэнку стало не по себе. Однако в следующее мгновение Лиэлл уже обрела свой обычный, хотя и утомленный, вид.
— Идемте. В конце концов, мне еще ждать звонка Арса, а вы за меня волновались, домой вот не поехали. Было бы несправедливо оставить ваши вопросы без ответов.
Наверху соэллианка первым делом попросила кофе, который Ардорини с удовольствием ей обеспечил. Звонка председателя КС им пришлось ждать почти полтора часа, за это время посол успела пересказать все, что происходило в кабинете Томучи и потом, на заседании.
— А почему ты так уверена в том, что Шиманту в свое время не был прав, не пуская таких вот… без личности, на Землю? — после недолгой паузы спросил Гео. Он как-то быстрее переварил информацию об опасной планете, быстрее, чем Фрэнк, для которого все вышесказанное явилось откровением. Он не был готов к этому потоку неожиданных и шокирующих сведений. Поэтому сейчас Ардорини молчал, стараясь осознать, что злобные телепаты, покушающиеся на человечество, существуют в реальности, а казавшиеся всемогущими соэллиане не могут с ними справиться по вполне простым бюрократическим причинам.
— Гео, ты бы должен понимать, — Лиэлл покачала головой. — Я просто знаю, что сейчас так надо. И все. И не могу объяснить, почему. Я чувствую.