— Брось, у тебя ведь были причины, чтобы остаться, хотя ты так и не объяснила нам, какие именно, а остаться мы не могли. И я уже знаю, что ты потом пыталась найти таких же, как я, но не вышло.
— Уникальный ты мой, — покачала она головой. — Да, без тебя у нас не было главного — прецедента. Некоторое время мы с десятком энтузиастов пытались вести работу по изучению телепатических способностей мозга человека, но нашу отдельную программу прикрыли, за неимением оснований. Мы передали наработанные результаты в Институт Мозга, и вот уже двести девяносто лет они занимаются этой проблемой, если это можно назвать «занимаются». Кстати, — вдруг оживилась Лиэлл, — а ведь теперь ты есть! Кто-то жаловался на отсутствие работы? Завтра же поедем в Институт Мозга! Ты уже не просто прецедент, ты — единственный, кто вернулся из подземного города Сьенны в здравом уме и твердой памяти!
— А тебе не приходило в голову, что мои способности — следствие того, что я родился в полете? — тихо спросил Сергей. — Если это так, то у обычных землян нет шансов.
— Радость моя, изучение случайного возникновения таких аномалий есть ключ к созданию аналогичных аномалий в искусственных условиях! — Лиэлл так загорелась этой мыслью, что на время перестала думать о ребятах. — Нет, мы завтра же поедем!
— Обязательно, — усмехнулся Сергей. — Я давно не был подопытным кроликом.
— Дьявол! — внезапно омрачилось лицо Лиэлл.
— Что такое?
— Мы едва ли сможем восстановить все медицинские и технические записи, сделанные за время беременности Вари и после твоего рождения! — Лиэлл становилась все более расстроенной. — А это здорово осложнит работу. Кое-что сохранилось у меня, но это так, любительщина.
— А что случилось с архивами? — удивился Сергей.
Он твердо помнил, что все записи бортовых компьютеров любой экспедиции помещаются после возвращения звездолета в специальное хранилище. Триста лет назад хранилище архивов находилось в Австралии, в Арджтауне. Это был город — исследовательский институт. Когда стало ясно, что для исследователей, оказывается, уже мал Институт Дейстрома, было решено на наименее заселенном материке построить целый небольшой город, население которого занималось бы исключительно систематизированием и анализом сведений, поступающих из экспедиций и с дальних колоний.
— Чуть больше тридцати лет назад в Арджтауне, в самом Архивном Центре, произошла катастрофа.
Сергей нахмурился. Если она говорит «катастрофа», значит, дело было серьезным. Лиэлл просто так словами не бросается.
— Ты знаешь, что оперативная информация хранится на общем сервере, а копии архивов на отдельных носителях, сейчас — на байткристаллах, сменивших лазерные диски? — продолжала она. — В общем, официальная версия такова — кто-то внедрил в систему Информатория вирус. Произошло это случайно или намеренно, сначала не поняли.
— Погоди, — помотал головой Сергей, — это что, даже сейчас не создали совершенных антивирусных программ?
Лиэлл улыбнулась.
— На каждый хитрый винтик всегда найдется гайка. На каждую защитную суперпрограмму найдется суперхакер. Нет предела совершенству. Так вот, — продолжила она, — сработала блокировка, и вирус не проник дальше по Сети, но центральный компьютер и периферийные системы города оказались полностью вычищены. Вирус попросту стер всю информацию, хранившуюся в памяти Арджтауна.
— Всю? — Сергей от изумления даже привстал. — Погоди, совсем всю?
— Абсолютно. Когда же систему привели в рабочее состояние и обратились к байткристаллам для восстановления информации, то обнаружилось, что практически все они приведены в нулевое состояние. Вот тогда-то тревогу забили уже во всепланетном масштабе.
— А что, с кристаллов так легко стереть информацию?
— До сих пор считалось, что невозможно, если не подключать их к компьютеру, — кивнула головой Лиэлл. — А их было много. Очень много. Спустя несколько дней было обнаружено устройство, с помощью которого и были обнулены носители. Активизировать его вновь, кстати, удалось. Кто-то, кому надо было уничтожить данные, использовал генератор кси-излучения. Это название ему дали уже после диверсии. Излучение было неизвестно даже у нас, на Соэлле. Для человеческого организма оно безвредно и регистрируется обычными охранными датчиками как безопасное. А вот для байткристаллов оно оказалось смертельным. Почти все хранилища были вычищены.