— То есть, вы хотите сказать, что так яростно вступились за нас потому, что внутренний голос сказал вам — вот они, те, которых нужно непременно вернуть на матушку-Землю? — слегка скептически переспросил Майкл.
— Да, — Лиэлл пригубила бокал, не отрывая от собеседника взгляд.
— Вы правы, — позволил себе тот улыбнуться. — Не верю.
— А вам не кажется, Майк, что я не обязана вам ничего доказывать и объяснять? — в голосе Лиэлл звучали откровенно веселые нотки.
— Не должны, — согласился Колтейк и вернул бокал на стол. — Я приношу свои извинения, если был излишне резок и настойчив. Думаю, я должен поблагодарить вас за приятную компанию.
— Да погодите вы, Майкл, — Лиэлл больше не веселилась. — Все нормально. Как сказал кто-то очень давно — все равно все будет так, как должно было бы быть, даже если будет наоборот. Не вижу смысла дальше играть. Вы верно все расценили — мне от вас кое-что нужно. И вы были вправе узнать то, что вас интересовало. Скажу больше, я тоже все правильно расценила, полуправдой вас не проймешь. Поэтому я рискну.
Колтейк, приготовившийся, было, встать и уйти, выпрямился в кресле. Только тут Фрэнк понял, что его спокойствие и холодность были маской. В темных глазах, в сжатых губах, во всем его облике проступило сильнейшее напряжение. Лиэлл тоже заметила его состояние и сделала то, что делала парой минут раньше для Ардорини — гибким плавным движением перегнулась через разделявший их стол и сжала руку Колтейка, каменно оцепеневшую рядом с бокалом.
— Не нервничайте вы так, Майкл, — почти нежно произнесла она. — Самое страшное, что может случиться — вы просто станете неспособным восстановить свою память. Я просто намерена рассказать вам все, как есть. Только это касается вашего прошлого. Я бы ни с кем из остальных спасенных не рискнула проводить подобные эксперименты. Вы — единственное исключение. В вашем случае все может обойтись без отрицательных последствий.
Лиэлл помолчала и таким же изящным движением вернулась в свое кресло. Ардорини в очередной раз поразился силе убеждения этой милой девушки. Колтейк заметно успокоился.
— Я вас понял, госпожа Лиэлл. Что ж, я готов вас выслушать.
Соэллианка откинулась на спинку кресла и долгим внимательным взглядом смотрела на Майкла. Наконец, решилась.
— Я начну издалека. Почти пятьсот лет назад мой звездолет потерпел крушение в одной удаленной звездной системе. То есть, сроки прошедшего времени в данном случае сильно относительны, но по моим подсчетам, на Земле, с момента этой катастрофы, прошло как раз около пятисот лет.
Мой звездолет упал на небольшой астероид. Населенные планеты — в десятках световых лет от этой звезды. Я на звездолете одна, при ударе сильно разбилась, впала в кому. В скафандре заканчивается кислород, корабль поврежден до состояния — лучше выбросить, ремонту в полевых условиях не подлежит. Связи нет. Я в коме, и мой брат не может даже почувствовать — жива я или нет, а я не могу его позвать. В таком состоянии наш организм замедляет все жизненные процессы, как бы впадает в спячку, поэтому остававшихся запасов кислорода и энергии аккумуляторов скафандра мне могло хватить на пять-шесть дней.
— А потом? — вырвалось у Фрэнка.
Лиэлл коротко взглянула на него.
— А потом я бы не вышла из комы. Но этого, слава всем богам, не случилось. По совершенно невероятному совпадению в районе «моего» астероида пролегал курс земного звездолета, и именно в это время он подлетал ко мне. Не углубляясь — меня спасли, как видите, — она улыбнулась.
Лицо Майкла даже не дрогнуло.
— Таким образом, я оказалась на этом звездолете, направляющемся к Земле, в компании молодых людей — экипажа. Я бы не уточняла, но все равно, пятьсот лет назад межзвездные экспедиции можно было пересчитать по пальцам, и только одна из них вступала в то время в контакты с инопланетными цивилизациями.
— Первая, — разжал губы Колтейк. — Только Первая…
Лиэлл утвердительно склонила голову.
— Первая. Вы знакомы с историей космонавтики? — мимолетом заметила она. Майкл только коротко кивнул, и соэллианка продолжила. — Я имела счастье лететь с ними чуть меньше года — потом меня снял с борта «Зари» наш крейсер, и я вернулась на Соэллу. Но за этот год я успела полюбить, стать любимой, приобрести друзей и почти стать членом их космической семьи. Долго рассказывать, но спустя несколько лет мы снова встретились, уже на Земле. Мы были счастливы все вместе, вместе совершили несколько вылетов в пределах Солнечной системы и собирались в очередную межзвездную экспедицию. Я получила разрешение на этот полет у вашего Президента, все было уже готово, но буквально за неделю до старта случилось событие, перевернувшее все. Мой брат всегда был против моих дальних свободных полетов, а это событие окончательно склонило его к тому, что он запретил мне своей властью Старшего рода и Правителя Империи покидать Землю. Я не могла пренебречь его приказом и просьбой. Я осталась.