— Нет, я хорошо поела до прибытия сюда, — естественно, я соврала, ведь крайне сомневаюсь, что мой положительный ответ что-то бы изменил.
— Значит, ты сейчас разбери самые важные вещи и постели бельё. Через пятнадцать минут придёт охранник, и я очень советую тебе успеть справиться до этого времени.
— Хорошо.
Я быстро достала самые важные вещи и расстелила бельё на кровати. После этого мы с Эрикой легли на койки, накрывшись одеялами. Спустя минуты три-четыре к нам в камеру зашел охранник, но, увидев, что мы уже спим, сразу же вышел. Слава богу.
— Спокойной ночи, Брукс. — тихо прошептала Эрика.
Ну что-ж, с первой моей ночлёжкой здесь.
***
Я проснулась от громкого надоедливого звука, который напоминал звонок в моей школе: такой же противный и раздражающий.
Как только я открыла глаза, увидела, что Эрика уже была одета в тюремную форму и заправляла кровать.
— Эрика? Почему ты меня не разбудила? — я приподнялась и заняла положение полусидя.
— Ты забыла? У новеньких сегодня свободный день, а я опаздываю на исправительные работы.
— Что за работы? — сонно интересуюсь я, принимая положение полусидя и несильно потирая заспанные глаза. Кто бы мог подумать, что в тюрьме можно спать как убитый.
— Они всегда разные, — девушка взглянула на настенные часы, после чего негромко выругнулась. — Прости, не успеваю провести тебе экскурсию, время не ждёт. Я побежала, вернусь ближе к обеду. Завтрак в девять, не забудь.
Эрика в спешке выбежала из камеры, оставляя меня одну. Я не собираюсь лежать на кровати весь день, поэтому нужно привести себя в порядок и пойти изучать обстановку.
Я встала с кровати и пошла в так называемую ванную. Сделав все водные процедуры, я решила не надевать сегодня робу. Ведь в первый же день можно ходить в свободной одежде? Как ни странно, но один лишь вид тюремной формы вызывает у меня отвращение. Наверное, с непривычки. Именно поэтому я надела обычную кофту и джинсы, не заморачиваясь.
Перед выходом из камеры я посмотрела в маленькое, местами разбитое зеркало. Я прикусила губу и, взяв с комода резинку, завязала волосы в высокий хвост.
Тяжело вздохнув, я вышла из камеры.
В коридорах находилось всего лишь людей пятнадцать, и, на удивление, на меня никто не обратил внимания. Я решила начать изучать обстановку с первого этажа.
Как я поняла уже спустя двадцать минут скитаний и изучения различной информации на стендах, форма, в которой ходят заключенные, играет немаловажную роль: в тюрьме есть четыре отделения: A, B, C и D. Им выдается специальная роба, то есть форма. Данные отделения делятся следующим образом: новые и прибывшие заключенные носят оранжевую робу; те, кто совершил незначительные преступления — синюю; средняя тяжесть преступлений — зелёная. Ну и последнее отделение, самое опасное, которые сидят по жутким статьям — носят жёлтую форму. Сначала я не поняла, почему мне выдали жёлтую робу, когда должны были выдать оранжевую, но ответ был прописан на этом же листочке с информацией. Оказалось, что людям с жёлтой формой оранжевая не положена, мол, привыкайте сразу. Замечательно. Лучше не бывает. Теперь каждый встречный будет смотреть на меня не самым лучшим взглядом. Не то, чтобы меня это волновало, ведь когда-то мне всё равно предстояло надеть эту форму, просто я хотела успеть познакомиться с кем-то, кто бы не делал поспешные выводы по цвету моей робы. А таких, как мне кажется, здесь просто уйма.
Как оказалось, этажей тут четыре. На первом расположены будки для разговоров с родственниками, комнаты для свиданий, кабинеты охраны и большая столовая.
Второй этаж, левое крыло — обычные заключенные, осужденные за небольшие кражи, избиения людей и прочие мелочи, то есть люди, носящие синюю форму —класс B.
Второй этаж, правое крыло — заключенные уже по более серьёзным статья, зелёная роба и класс C.
Третий этаж — заключенные, за которыми требуется особый присмотр. Все они осуждены за самые серьёзные статьи: торговля наркотиками, совершенный теракт, убийство, геноцид и тому подобное. Следовательно, это и есть класс D — люди, носящие желтую форму.
Четвертый этаж полностью принадлежит сотрудникам, также там расположен кабинет уже известного мне Питерсона.
Вся эта информация была указана на стенде в виде небольшой карты.
Вновь не в силах утолить собственный интерес, я поспрашивала у охранников, почему я живу на втором этаже, ведь получается, что это не по правилам. Мне грубо ответили, что это в связи с тем, что я новенькая и девушка, а на третьем этаже живут в основном одни парни — мало ли что они со мной сделают.