— Морган! — шатенка тут же обрывает мою речь на полуслове. — Ты когда нажрался в начале года, по всему корпусу с голой жопой бегал! Или ты думаешь, что такое забыть легко?
— Не думал, что тебя так заинтересует моя задница, — всё также задумчиво отвечаю я, начиная вставать.
— Боже, только не говори что… — девушка ахает, видя, как я еле-еле поднимаюсь.
Как правило, вставать после таких побоев тяжелее всего. Здесь-то и нужно собрать в кулак все свои силы и убрать на второй план усталость, изнеможение, изнурение и прочие схожие состояния организма, которые так и норовят тебя забить на всё и остаться сидеть в этом дурацком подвале, вместе с крысами и им подобными. Я же не хотел оставаться здесь ни на минуту больше, поэтому молча, стиснув зубы, поднялся на ноги.
— Ты, видимо, забыла, в каком карцере я сижу? — хрипло произношу я, усмехаясь.
Сомневаюсь, что девушка когда-то вообще была в карцере. Даже не в этом, а в каком-либо другом. Однозначно нет. Своих девушек Питерсон в такие места отправлять не позволяет. А если они где-то и плошают, то Пит просто заваливает их работой, дабы не расслаблялись. Но в любом случае, я уверен, что о том, что здесь происходит, Чандлер прекрасно осведомлена.
Поначалу боль была просто адская, но с каждой секундой она начала уменьшаться, и в конечном итоге я чувствовал лишь лёгкое побаливание. Тогда-то я и снял промокший до нитки тюремный комбинезон и, сквозь изнуряющую боль во всём теле при сгибании коленей и локтей, надел принесённые девушкой вещи. Чёрт, а я уже и забыл, какого это, когда на тебе сухая одежда.
— Давай помогу.
Я не успеваю сказать и слова, как в следующее мгновение шатенка оказывается рядом со мной. Её рука перехватывает мою и закидывает её себе на шею, как бы этим самым заставляя меня ухватиться. Вторая же её рука хватает меня за бок, стараясь контролировать моё равновесие.
— Думаешь, я в настолько ужасном состоянии, что соглашусь, чтоб какая-нибудь девушка наподобие тебя вот так вот тащила меня? — задаю вопрос и тут же начинаю скидывать руки Мелиссы с себя.
— Не бойся, я никому не расскажу, — тут же отвечает Чандлер, даже и бровью не поведя. — Если кто спросит, скажу, что ты шёл сам.
— Я сам, — твёрдо и уверенно произношу я, негрубо отталкивая от себя шатенку.
Помощь в своей жизни я принимал нечасто, даже редко. И обычно эта помощь исходила от мужчин, но никак не от женщин. Я не сексист, ни в коем случае. Просто девушки, как правило, стараются не помочь, а показаться себя в выгодном свете перед мужчиной. Это я уже по опыту прекрасно знаю. Но только вот зачем Чандлер разбрасываться передо мной своей помощью?..
— Хватит упрямиться, тебе же не пять лет! — кареглазая же меня будто и не слышит, а лишь вновь подхватывает меня, только на этот раз более увереннее. — Ты должен научиться принимать помощь, особенно, если люди и правда хотят тебе помочь.
— Я сам, — вновь повторяю я, отталкиваю шатенку.
— Да пожалуйста! — разгневанно буркает кареглазая, переставая меня держать. — Буду рада посмотреть, как ты лицом по бетонном полу прокатишься.
Шаг. Второй. Обещанное девушкой падение. Лицом я, слава богу, не прокатился, но скулой ударился знатно.
— Дай руку, — недовольно ворчу, понимая, что подняться во второй раз мне будет ещё тяжелее, чем в первый.
Как бы это не было постыдно признавать, но в этом кареглазая была права. Я смог встать, смог простоять целых тридцать секунд. И на этом всё. Я не смог сделать и два шага, чего уж там говорить об остальном…
— С меня должок, — тут же проговариваю я, давая шатенке понять, что любая её помощь обязательно будет зачтена.
— А как же, — усмехается кареглазая, будто другого варианта и не было.
Оказывается, что идти, опираясь на кого-то, легче в два раза, если даже и не в три. Мелисса держала крепко, даже чересчур. И откуда в ней столько силы?
— Куда мы идём? — опоминаюсь я, как только мы прошли одну треть пути и свернули не туда. — Нам же в другую сторону.
— А кто сказал, что мы идём в корпус? — задаёт ответный вопрос шатенка, как-то странно усмехаясь.
Значит так? Ну хорошо.
— Надеюсь, что ты не хочешь воспользоваться мной на каком-нибудь пыльном складе, — усмехаюсь, ощущая нежную ладонь девушки на моих ребрах. — У меня, если ты не знала, очень ранимая душа.
— Фу, что за извращения у тебя в голове? — наклонив голову в сторону, я увидел, как кареглазая поморщилась. — Или ты думаешь, что мне Питерсона не хватает?