— Боже, какая же я дура… — тяжелый вздох и рука, закрывающая глаза. — Спасибо, что не…
— Закроем тему.
Эти слова вырвались сами по себе. С одной стороны Алекс как никто другой хотел обсудить эту ситуацию и узнать, что сподвигло девушку на такие чересчур решительные действия. Но с другой же стороны он всё также не знал, что говорить. Кажется, это был самый настоящий что есть тупик, ведь ни одна из сторон не знала и никак не могла объяснить, что только что произошло.
— Нет, правда, — голубоглазая словно понимала, что парень хочет услышать ответа, поэтому решила продолжить. — Я просто не контролировала себя и свои действия, и поэтому…
— Не контролировала? — из рта парня вырвалась обидная насмешка. — Значит, случившееся — это лишь временное помутнение твоего рассудка?
— Нет, Алекс, нет, — поняв, что она сказала глупость, Джессика тут же начала оправдываться. — Это было не временное помутнение рассудка. — неловко сглотнув, девушка продолжила. — Но к тому, что я предложила тебе минут десять назад, я не готова. Да, я знаю, что идея была моя, но…
— Тебе не обязательно это говорить, мы договорились закрыть тему и…
— Я знаю. — беспрестанно перебивает. — Но я хочу, чтобы ты знал и не склонял меня к сексу, пожалуйста. Дело не в тебе, и я надеюсь, что ты это понимаешь. Я просто… — вздыхает, думая, что сказать, чтобы не выглядеть глупой. — Не могу, не сейчас. Давай подождём? Пожалуйста.
Парень усмехнулся во второй раз.
— Тебе не нужно меня об этом даже и просить.
Он пытался разрядить столь напряжённую обстановку, но Джессика, судя по всему, разряжать ничего не собиралась. Пока Морган не до конца улавливал всю серьёзность ситуации для Брукс, она же просто с ума сходила, думая, какие слова подобрать и что именно сказать, чтобы не показаться грубой и бесчувственной. Чего-чего, а вот этого блондинка не хотела от слова совсем.
— То есть ты?..
— Я не трону тебя, пока ты не будешь готова, как и обещал несколько месяцев назад.
Однажды Алекс действительно такое пообещал и, как ни странно, обещание до этой самой секунды он не нарушил. Он вообще зачастую сдерживает свои обещания и не любит бросаться пустыми словами, особенно в адрес столь красивых девушек. Он не мог не сдержать слово. Тем более, Брукс вела себя всё это время вполне образцово. Не хамила, не огрызалась, драться не пыталась.
— А если я не буду очень долго готова? — спрашивает с каким-то подтекстом, известным только ей одной.
— Плевать. — сероглазый отвечает быстро, без каких либо размышлений. Он понимает, что должен убедить девушку в своих словах на все сто процентов, чтобы у неё не осталось каких-либо сомнений.
— Но Алекс…
— Если ты думаешь что секс — единственное, что мне от тебя нужно, то ты очень сильно ошибаешься.
Вся эта ситуация его не на шутку разозлила. Последнее, чего он хотел — чтобы девушка думала, что он хочет ей воспользоваться. Если бы он действительно этого хотел, но не говорил бы того, что говорил в душевой несколько минут назад.
— Я так не думаю! — тут же протестует, размахивая руками. — Я просто боюсь, что стану тебе не так интересна, когда ты…
Девушка не договорила, замялась. Но услышанного парню вполне хватило. Осознание пришло довольно резко и неожиданно.
— Чёрт, так вот оно что… — сероглазый тут же опомнился, понимая, что сейчас так сильно смутило блондинку. — Мои слова. То, что я сказал тебе… — лихорадочно вспоминает всё то, что он когда-то наговорил. — Чёрт! Я никогда не хотел переспать с тобой. — оправдывается, после чего понимает, что несёт полную чушь. — В смысле, хотел, — тяжело вздыхает, представляя, как глупо он сейчас звучит со стороны. — Но не просто переспать и бросить. Я никогда не хотел воспользоваться тобой, Джессика.
Он уж было и забыл о том, что когда-то сказал такое. В последнее время было слишком много не менее ярких событий, на фоне который предыдущие становились не такими уж и интересными. По-крайней мере, он так думал. Для Брукс же было всё в разы иначе. Всё это время она никак не могла выбросить из головы те его слова о том, что она для него лишь временное увлечение, не более. Пока парень думал, что это уже давно забыто, девушка не переставала об этом помнить. Она забыла об этом только на миг, когда Алекс пришёл к ней в камеру, после того, как её жестоко изнасиловали. Ей было плевать на всё то, что он когда-то говорил. Она прижималась к нему так, как не прижималась ни к кому другому. Но потом, спустя время, в голове вновь всплыла эта его фраза: