— Твою мать!
«Вот так вот и помогай людям» — тут же подумала зеленоглазая, прикладывая руку к большому пальцу ноги, на который только что наехал чемодан, весом, как казалось, тонны так две, не меньше.
— Чёрт! — не прошло и секунды, как на полу оказалась и вторая, только что прибывшая девушка, — Боже, прости, пожалуйста! — сама того не осознавая, незнакомка лишь усилила боль девушке, случайно задев тот самый палец, который пусть и не она, а её чемодан, но всё же покалечил, — Я не хотела! — особа тут же начинает лепетать, чем только сильнее раздражает рыжеволосую, которая за эту неделю уже так привыкла к тишине, — Я случайно! Бо-о-о-же! — незнакомка в прямом смысле схватилась за голову, не зная, куда ей от стыда себя деть. — Сильно больно?
— Без матов не скажу, — процедила сквозь зубы Холланд, поджимая губы от резкой боли, которая, как казалось, с каждой секундой росла в арифметической прогрессии. — А при незнакомцах не матерюсь.
Убрав руку с пальца, Лиз всё-таки тихо сматерилась, увидев, что палец был неестественно выгнут. Рыжеволосая, конечно, не прям чтобы медик, но для того, чтобы понять, что дело дрянь, медиком быть и не нужно. Перелом. Сто процентов.
— О боже! — завопила ещё громче незнакомка, увидев, что именно она сотворила с пальцем своей соседки, с которой ей, на минуточку, ещё жить вместе, — Это… это… — девушка сглотнула, так и не найдя слов, которыми можно было бы описать увиденное ей.
— Палец это, — хмыкнула зеленоглазая, стараясь приподняться и встать. — Сломанный, если ты ещё не поняла.
«Отличное знакомство, ничего не скажешь» — не самая приятная мысль промелькнула в голове рыжеволосой, но она попыталась забить на неё, ведь сейчас были вещи куда важнее.
Оказалось, что вставать, и даже пытаться это сделать, было действительно плохой затеей. Холланд ещё даже на корточки не присела, как тут же свалилась обратно, вновь сматерившись себе под нос. Вроде бы, чего уж там, всего лишь палец, не целая нога же. А вот и нет. Ощущения были как раз такие, как будто бы у рыжеволосой сломаны если и не две ноги сразу, так одна уж точно. Говорят, что первый перелом, не важно чего именно, всегда болезненный по причине того, что это — новое, да ещё и довольно неприятное ощущение, которое человек испытывает в своей жизни впервые. И сейчас Лиз с этим была согласна на все сто.
— Ты куда? — тут же опомнилась незнакомка, кладя свою ладонь на плечо рыжеволосой. — Давай помогу!
— Помогла уже, спасибо, больше не надо, — Лиз недовольно хмурится, скидывая руку девушку со своего плеча. — Не успела заехать, а уже людей калечишь, — сделав соседке замечание, Холланд даже и не заметила того, как девушка тут же поникла. Вместо того чтобы замять тему, видя, что незнакомке и без того жаль, Лиз только сильнее развила её: — А я, между прочем, помочь хотела, дверь тебе открыла. А ты мне палец мне сломала. Когда я в следующий раз захочу помочь тебе, хотя очень сомневаюсь, что такое будет, ты мне напомни, чтоб я этого не делала, идёт?
Закончив с речью, Холланд наконец-то обернулась, дабы посмотреть на виновницу её сломанного пальца.
Девушка, сидящая прямо перед ней, на вид была её ровесницей, если даже и не младше. Длинные крашеные волосы пепельного оттенка длиной до талии, большие серые глаза, смотрящие на девушку с какой-то слишком сильной виной, прямой, чуть вздёрнутый к верху нос, да губы среднего размера. В форму незнакомка, очевидно, ещё переодеться не успела, из-за чего рыжеволосая бесстыдно разглядывала её чёрное платье, с нарисованными на нём белыми цветочками и, откровенно говоря, чересчур дорогую цепочку на шее. Пусть зеленоглазая не знала точную цену ювелирного изделия, она знала кое-что другое: розовое золото, скорее всего итальянского происхождения; восемнадцать карат; судя по состоянию, цепочка новая, ей и полугода нет. Выглядит качественно, даже чересчур. Сто процентов не подделка. Откуда такие познания? Полгода работы в ювелирном салоне, вот и всё.
— Ты бы ещё в Праду или Шанель оделась, ей-богу, — Холланд цокает, но взгляд не отводит.